Автор
Женщина, потерявшая всё в реальном мире, попадает в альтернативный мир со своими законами. Вооружённая только независимостью и знанием языков, она решает не просто выжить, но изменить этот мир по своим правилам. История о том, как истинная сила заключена не в комфорте, а в желании быть...
Почему они его не используют? Горит он хорошо только сухой, а вот поделок можно делать бесчисленное множество.
После довольно темного бамбукового леса дорога спускалась в долину. За которой уже видны были горы. Уже отсюда, на северной стороне горы были видны разносы — гора вырабатывалась огромной лестницей. Она выглядела как одна из сторон пирамиды Хеопса. Сколько лет ее нужно бить вручную?
— Одрус Лим, сколько холодных вы работаете на этой горе? — шептать быстро надоедало, но я терпела."
"— Уже три руки холодных. Мы даже не думали, что получится так красиво. Одрус Ваал научил нас многому, и потом все передал мне. Я уже две руки холодных занимаюсь этими рудниками. На южной части есть огромные ямы, которые пробивают глубже и глубже. Там больше камня, который становится железом. — он очень хотел хвастануть, но не мог не упомянуть Ваала.
— Ваш труд — самый важный для этой земли. Здесь, наверно, работает очень много людей?
— Да, приходится почти постоянно быть здесь. Потому что никто не знает множества тайн для этой работы. Их знаем только мы с одрусом Ваалом, — последнее предложение он говорил с улыбкой — ее было слышно так сильно, что я не сомневалась — его рот сейчас расплылся до ушей. — Тут очень много рабов, и тех, кто не имеет денег, они здесь живут постоянно.
— Мне очень интересно посмотреть, как вы проводите работу. — я снова направила к нему ладони, и он охотно из взял в свои. Так мы ехали до подножия горы.
Он взял мою руку, и я вышла из кареты. Я придерживала край капюшона, и иногда чуть поднимала его, чтобы видеть происходящее. Нам на встречу шел человек.
— Одрус Лим, наконец вы вернулись, у нас очень много людей не могут выйти работать, и даже плети не помогают им. — он был обеспокоен, видимо, нормы по выработкам здесь существуют.
— Сейчас я подойду к вам, мастер Тут.
— Одрус Лим, занимайтесь делами, а я пока посмотрю здесь все, не переживайте, так будет лучше, я так переживаю, что вы увидите мое лицо. Оно после того происшествия не очень красиво, — я сжала его ладонь, давая понять, что я с ним, и меня очень беспокоит внешность и его мнение.
— Хорошо, Сири, посмотрите. Я недалеко. — он уходил с Тутом, а я имела шанс все посмотреть, побыть одной. Я отодвинула край своего колпака — капюшона, и увидела, что они уходят влево, там стояли длинные дома из бамбука. Видимо, там жили рабочие, и был их «офис».
Я сняла капюшон, и подняла голову вверх. Гора была не просто большой, а огромной.
