Автор
Вот оставшийся вариант описания книги для сайта-библиотеки: В незапланированном ходе исторический сериал "Сири" становится фэнтези. Ясно виден тонкий баланс реальности и волшебства, а главная героиня переживает стремительный переход из мирской жизни в магическую.
Ночью ждем тебя в шатре для репетиций, мы уже заказали отличного повара из Гагры. Отметим твой день рождения.
— Спасибо вам, но считается, что отмечать сорокалетие — плохая примета, — я хоть и не верю в это все, но есть какое-то ощущение неправильности.
— Нууу, мы не будем тебя поздравлять, а представим это как дружеский ужин. Ладно, я ушла, не парься сильно, все равно нам неделю здесь точно еще торчать — пересмотрят материал, и найдут недоработки, — Маша вышла из шатра, задернув полог.
Погода в Абхазии становилась настолько приятной, что дни и ночи можно было находиться на улице не боясь замерзнуть или изжариться. Летние съемки группа переживала очень сложно — жара от которой некуда скрыться, гримеры, снующие между актерами, так как грим стекал каждые пять минут. А сейчас было просто волшебно, еще бы побыть здесь без этой суеты — просто полежать на берегу, потянуть густое терпкое вино, насладиться тишиной.
— Сири, каковы возможные причины воскрешения? — я решила воспользоваться голосовым помощником.
— У меня нет ответа на этот вопрос. Могу ли я еще чем-то помочь? — ответил электронный голос девочки из смартфона.
— Вот и у меня нет ни одной хоть мало-мальски приличной причины, — я отложила смартфон, и снова взялась за карандаш, вычеркивая кому из списка причин.
Поздно вечером, часть актеров и съемочной группы, с которыми я сдружилась за последние три месяца, собрались в большом шатре. Ребята дружно накрывали на стол.
Пухлый улыбчивый повар готовил шашлык, рассказывал анекдоты, и щедро раздавал советы девушкам — гримерам, накрывающим на стол. Давно в нашем лагере не было так весело. Настроение поднималось и у меня. Терпкое вино в бокале шептало о том, что все не так уж и плохо, а море вторило шепоту вина.
— Юляш, давай к столу, — ко мне из шатра шел Виктор — наш режиссер. Седовласый, высокий и сухопарый. Для его шестидесяти лет, он имел голос пацана — в нем всегда была искорка задора. Его любила вся группа, и даже когда он нервничал, стойко держался — не переходил на крик и оскорбления. Актеры, даже самые «зазвездившиеся», слушались его, и выкладывались на площадке полностью.
