– Да нет, я действительно хочу танцевать.
Она протянула руку и нежно стиснула его пальцы.
– Я не хочу танцевать с тобой на публике. Мы потанцуем позже, когда останемся одни.
В эту минуту Кэнфилд поклялся себе: он никогда в жизни не расстанется с этой женщиной.
И все же сознание долга взяло верх над чувствами, он вспомнил о старой леди, оставшейся в «Савое».
В этот самый момент Элизабет Скарлатти встала с постели и накинула на плечи пеньюар. Она читала «Манчестер гардиан» и в какой-то момент услышала доносящиеся из гостиной резкие металлические щелчки и последовавший затем глухой шум. Поначалу звуки эти ее совсем не испугали и даже не насторожили: ведь она закрыла дверь прихожей на задвижку и теперь решила, что это Джанет пытается открыть дверь своим ключом и не может справиться с замком. Было уже два часа ночи – пора бы ей уже вернуться домой.
– Погоди минуту, детка. Я сейчас, – крикнула Элизабет.
Она не стала выключать настольную лампу, и, когда шла к двери, по стене заметались причудливые тени.
Она вышла в прихожую и собралась было отодвинуть задвижку, но тут вдруг вспомнила наставление Кэнфилда и заколебалась.
– Это ты там скребешься, Джанет?
Ответа не последовало.
– Джанет? Мистер Кэнфилд? Это вы?
Элизабет замерла от страха: ведь она явственно слышала скрежет, с возрастом ее слух не ослабел.
Может, это тонкие листы английской газеты так странно шелестят? Вряд ли. Хотя… Она очень старалась убедить себя в этом, но тщетно.
Может, в номере есть кто-то посторонний?
От этой мысли у нее засосало под ложечкой.
Повернувшись, чтобы идти обратно в спальню, она увидела, что огромное, доходящее до самого пола двустворчатое окно чуть приоткрыто, не более чем на два дюйма. Шелковые портьеры слегка колыхались от ветерка.
Остановившись в растерянности, она судорожно вспоминала, закрыла ли она окно, прежде чем лечь в постель? Да, закрыла, хотя сделала это исключительно для очистки совести, ибо не воспринимала всерьез наставления Кэнфилда. Ведь ее номер находился на седьмом этаже.
Да, она твердо помнит, что закрыла окно, но, может, не закрепила как следует задвижку и та отошла? Она направилась к окну.
И тут вдруг услышала:
Из дальнего угла комнаты выступил крупный мужчина, одетый во все черное.
Она не сразу узнала его: в комнате было довольно темно. Когда глаза привыкли к темноте, она поняла, почему приняла этого человека за незнакомца. Он был совершенно не похож на себя.
