И результатом этих трудов явился странный портрет – портрет человека, чье существование было лишено какого бы то ни было смысла. Человек, который имел в жизни практически все, чего только можно было пожелать, существовал как бы в вакууме – у него не было ни цели, ни стремлений.
Элизабет Скарлатти часами изучала поступавшие к ней объемистые отчеты. Это стало для нее привычкой. Ритуалом. Надеждой. Если ее сын убит – что ж, это будет ударом, но она справится с этой болью. Потеря жизни – это она способна принять. Есть тысяча способов устранить тело… Огонь, земля, вода… Она не могла в это поверить. Но такое, конечно же, возможно. Ведь он каким-то образом оказался связан с преступным миром, но говорить об этом всерьез не приходится.
Однажды утром Элизабет стояла у окна библиотеки. За окном текла обычная жизнь – прохожие спешили по своим делам. Автомобили, застоявшиеся за ночь, отчаянно кашляли выхлопными газами. Потом Элизабет увидела на ступенях одну из своих служанок. Та подметала крыльцо.
Элизабет вспомнила другую служанку. На другом крыльце.
Служанка из дома Алстера. Та самая, которая мела крыльцо, когда Алстер сел в такси и дал шоферу, по ее словам, странное указание.
Что же это было за указание?
Метро. Алстер приказал отвезти его к станции метро.
Однажды утром ее сын отправился куда-то на метро, и Элизабет не понимала, почему не на собственной машине.
Это был только мимолетный, слабый проблеск в темном мраке неизвестности, но все же проблеск. Элизабет быстро направилась к телефону.
Через тридцать минут перед Элизабет Скарлатти предстал, с трудом переводя дыхание, третий вице-президент «Уотерман траст компани» Джефферсон Картрайт – ему было приказано срочно явиться.
– Да, верно, – произнес вирджинец. – В ту же минуту, как стало известно об исчезновении мистера Скарлетта, мы проверили все его счета. Это замечательный молодой человек. Мы очень с ним подружились, когда мне выпала честь посвятить его в суть банковского дела.
– И каково состояние счетов?
– Все в полной норме.
– Боюсь, я не понимаю, что вы имеете в виду.
Картрайт секунду помедлил – думающий банкир, да и только.
– Безусловно, окончательные итоги еще не подведены, но мы не думаем, что он превысил сумму, предназначенную на ежегодные расходы.
– А каков доход этого фонда?
– Видите ли, рынок колеблется – к счастью, сейчас стоимость акций и ценных бумаг повышается, поэтому трудно так сразу назвать точную цифру.
