В центре виднелась высокая прямоугольная колокольня, рядом с ней словно бы парил в воздухе огромный купол собора, а от него разбегались вниз добротные каменные дома с плоскими крышами.
– Как красиво! – выдохнула я. – Это и есть Акрея?
– Она, – с гордостью сказал Ричард. – Город трех ворот, столица южного края.
Дорога вильнула вправо. Ущелье осталось позади, всадники пришпорили коней, и карета покатила вслед за ними, вниз, вдоль бесконечных рядов виноградников. Усыпанные золотистыми гроздьями, они уходили вдаль, отчетливо повторяя линии холмов.
– Из этого сорта делают то самое шерго, которое ты пробовала, – заглянув в окошко, негромко сказал неизвестно откуда появившийся рыжий.
Его гнедой нетерпеливо встряхивал головой и рвался вперед, но Этьен сдерживал его, вынуждая идти вровень с каретой.
– Фу, напугал! – покачала я головой. – Как ты здесь оказался? Хотя, о чем я? Магия, да?
– Она самая, – небрежно кивнул Этьен.
Он щелкнул пальцами, и у меня в руках оказалась кисть винограда.
– Попробуй. Сорт шерго обладает отменным вкусом.
Я положила в рот янтарную ягоду. Та растаяла на языке сочной сладостью.
– Необычно. Как будто жидкий мед. А почему сорт так называется?
– Когда-то эти земли принадлежали барону Шерго, – пояснил Этьен. – Обычно винам присваивают название той местности, где их делают, но барон был довольно тщеславен, и назвал белые вина Велены своим именем.
– Барон Шерго? Значит, он был из людей?
Рич успел рассказать мне, что в Квертине герцогские и графские титулы принадлежат исключительно драконам, а людям доступны звания баронов и рыцарей, причем последние обязаны несколько месяцев в году служить своему суверену – герцогу или графу, и могут передавать титул наследникам только в том случае, если те тоже выбрали военную стезю. И хотя в Квертине давным-давно не было войн, старая традиция осталась и сохранялась по сей день.
– Да, Ласиус Шерго был одним из видных сановников короля Фридриха, – ответил Этьен. – Ему принадлежала не только Велена, но и несколько прилегающих областей: Арния, Скорса и Вастиза.
Рыжий бросил на меня внимательный взгляд и неожиданно спросил:
– Лэри, а у тебя не было новых видений?
– Почему ты спрашиваешь?
Я смотрела на скачущего рядом с каретой рыжего и не могла отделаться от ощущения, что тот чем-то взволнован. Нет, внешне это ничем не проявлялось, но я чувствовала душой, что у дракона сердце не на месте.
– Ты ведь скажешь мне, если что-то увидишь? – голос Этьена звучал серьезно, а в глазах затаилась темнота. – Это очень важно, саннэй.
Я задумалась. Может, хватит уже молчать? Если буду и дальше скрывать свои сны, то никогда не доберусь до блудного муженька.
– Недавно я снова его видела, – решившись, негромко сказала рыжему.