В ужасающей атмосфере Севера, где мечи тихо свистят в воздухе, Святослав прерывается диким криком девушки. Несущийся как бешеный наводнение, он отвлекается на несущественную проблему — смертельной ведьмы. Фредерик хмыкает, демонстрируя улыбку в этот момент, а его наставник подчеркивает важность сосредоточенности в бою. Однако даже это не затмевает гнев Святослава — все из-за одной женщины, вызывающей бешенство и непонимание....
Приятная тяжесть рукоятки осела в ладони, и я воткнула меч Богини Зари прямо в грудь Роса, отталкивая от себя, дабы длинная сталь смогла удобно войти в плоть фантома.
Рос улыбнулся.
— Ну, вот… — из уголка губ бывшего когда-то другом парня побежала струйка крови, неправильно трактуясь с искренней улыбкой блондина. — Всё-таки, я знаю, что значит «любить»… будь счастлива, Эля… и помни, что я спас тебя первым…
Меч подёрнулся дымкой и пропал, как и фигура парня, предавшего нашу дружбу не по своей воле, но вернувшего моё признание его силы сильным поступком.
Слёзы катились из глаз.
Всхлипнув, проснулась.
СвятославНаверное, на какое-то время я потерял сознание, но дикая боль вернула меня назад в реальный мир."
"Я лежал в десяти-пятнадцати шагах от Некроса. Он стоял и зажимал рану, оставленную «Пламенем». С удивлением увидел в своей руке меч. Я не отпустил его. Божественная кровь впитывалась в лезвие. Услышал довольное чавканье, а потом возмущение — «Пламень» хотел ещё! Попытался встать, но упал. Опять попытался встать, оперся на руки и подтянул колени, но вновь упал.
Богиня доползла до своего меча. «Спата», наконец, скользнула в руку хозяйке.
— Девчонка! — Вдруг закричал Некрос. В его голосе была ярость. Ярость того, кто потерял для себя что-то очень ценное. Богиня засмеялась, но её смех быстро перешел в кашель.
— Ты потерял её, старый ублюдок! Потерял. Теперь она свободна. Святослав! — Ей удалось встать на колени, она смотрела на меня. — Эллия свободна! Твоя жена свободна! — Глянула на своего родственника.
Глаза Некроса светились багровым заревом. Кровь из раны перестала идти, но сама рана не затягивалась и сковывала его. В его правой руке опять появился светящийся меч.
— Ещё не вечер, племянница. Сначала я убью вас двоих. Давно мечтал об этом. А потом посмотрим. Сердце уже не закрывает Аквалон, так ведь?
Богиня стояла на коленях, опираясь на «Спату». Её лицо было в крови, но её разбитые губы улыбались.
— Нет, Некрос. Всё кончено. Что, рана плохо заживает после «Пламени»? Плохо.
У меня не было уже сил даже подняться на руках. Лежал на полу и смотрел на Богиню. Эля свободна. Это хорошо. Значит всё не зря. Вдруг увидел, как рядом со мной в стене образовалась воронка. Её края светились разноцветными огоньками, такими же, какие роились на Сердце Мира. Из воронки шагнул дядька…
Лис«Тебе пора» — услышал я голос Сердца.
