В ужасающей атмосфере Севера, где мечи тихо свистят в воздухе, Святослав прерывается диким криком девушки. Несущийся как бешеный наводнение, он отвлекается на несущественную проблему — смертельной ведьмы. Фредерик хмыкает, демонстрируя улыбку в этот момент, а его наставник подчеркивает важность сосредоточенности в бою. Однако даже это не затмевает гнев Святослава — все из-за одной женщины, вызывающей бешенство и непонимание....
Еще дядя Лис говорит — не надоел, а достал. Почему достал, я не совсем понимаю, но мне тоже так нравиться говорить. Вот Эля меня конкретно достала! А еще дядя Лис никого не боится, даже демонов.
Эллию Элей зовет только дядя Лис и… я, когда мы с ней одни. Она бесится, а я считаю себя отомщенным."
"Вот и сейчас мы идем с ней в игровую. Там настоящий девчачий мир. Куклы, игрушечные дворцы и прочая муть. Лучше бы маленькие катапульты поставили и штурмовали дворец. Но, как только я один раз сказал об этом, Эля завопила как в зад ужаленная.
— Что это ты улыбаешься? — Подозрительно спросила меня моя «невеста», что б ей ни дна, ни покрышки!
Я остановился, она тоже.
— Повернись. — Сказал я принцессе.
— Зачем?
— Повернись, мне посмотреть нужно.
— Что тебе, Святослав, нужно посмотреть у меня взади? — Неожиданно она побледнела. — Что, у меня на спине платье порвалось? Или грязное?
— Вот я и хочу посмотреть.
— Ну что там, Святослав?
— Ничего.
— Что значит ничего?
— Ничего, значит ничего. Мне показалось. — Я стоял и нагло ухмылялся ей в лицо.
Лицо Эли покраснело. Она была зла.
— Ты врешь! Ты специально все врешь! Там что-то у меня, а ты скрываешь. Хочешь выставить меня в глазах света и даже слуг грязнулей, замарашкой и ободранкой?
Я продолжал стоять и ухмыляться.
— Ты, — повелела ей Эля, — подойди ко мне немедленно!
— Да Ваше Высочество! — присела служанка и опустила голову.
— Посмотри, что у меня взади, на спине, на подоле, все нормально?
— Да Ваше Высочество! У Вас все нормально.
— Не порвано, ни грязно?
— Все цело, Ваше Высочество, все чисто.
Эля посмотрела на меня. Отпустила служанку.
— Я же тебе сказал, что мне показалось! Надо людям верить… Эля!
— Не смей меня так называть! Меня так может называть только мой отец.
Я подошел к ней вплотную, чуть ли не уперся своим лицом в ее лицо.
— А я твой «женишок» не забыла. А знаешь, что делает жених с невестой?
— Что?
— Я видел несколько раз.
— Врешь?
— Нет.
— И что делает? — Эля распахнула глаза, ожидая от меня ответа.
