Автор
В белой сорочке и похожая на Каспера матери не давала времени принять душ Амия, взвешивая каждое слово перед встречей с научным руководителем. Открывая зале своего нового офиса, она чувствовала себя непривычной и застенчивой, как маленькая девочка.
— Это не вы переносили дом и сад, только потому что Бересклету не нравился, как падает солнечный угол! Не ты клянчила милости у Примула, бестолковая девочка!
Ясмин недоуменно уставилась на Абаля.
— Древоток общался с Примулом? — Ей ответил раненный крик Илана:
— Откуда по-твоему мы брали лекарства? Шёлк на платья, парчу на занавески, лён на простыни, реактивы для мастера Гербе, щенка для тебя? Они не с неба падали!
Айрис, словно запнувшись о невидимую ступень, упала. Один из лепестков перечеркнул ее щеку кровавой ниткой.
Туманная завесь лепестков зависла над головой Айрис, а несколько из них нацелились в спину едва заметно вибрируя, как зависшие над цветком пчёлы. Ясмин с ужасом ждала, что он вновь крутанёт запястьем, и Айрис умрет, но нет. Илан медленно опустил руку:
— Если Бересклет возглавит мастер Айрис, Древоток выйдет из триады. Это мое слово, — Илан мягко повёл рукой и лепестки растворились в сумрачном небе. Он уже не кричал и словно оделся в невидимую броню, сквозь которую не проникало ни звука.
Инстинктивно Ясмин чувствовала в нем ту же силу, что и в Абале — идеальный самоконтроль. Нежелание уступать уступать тело темной стороне личности. Даже ради отца.
Пошёл дождь. Верн взял на руки Айрис и вынес из круга. Отросшие волосы закрывали половину лица, и были видны только сжатые в нить губы. Издалека он выглядел человеком, который вырос за сутки. Вчерашний капризный принц стал похож на мужчину, которому есть, что терять. Ясмин хотелось приблизить, увеличить, как движением пальца на айпаде, чтобы рассмотреть ту невидимую черту, изменившую его безвозвратно, но он уже отвернулся.
Отвлеклась она только когда в круг встал Лён и, активировав серебристый кнут, щелчком направил его в сторону Ясмин:
— Я вызываю тебя.
Абаль автоматически перехватил ее за пояс и притиснул к себе ещё крепче. После поколебавшись отпустил.
— У тебя пятый порядок, — сказал он тихо. — А если не справишься, я помогу. Меня руны не возьмут. Я же не совсем человек.
Наверное, он врал.
Ясмин потерлась носом о его щеку и шагнула в круг. Тишина стояла такая, что было слышно потрескивание рун и испуганный пересвист малиновок в саду. Внутри круга дождя не было, только воздух плыл от играющей силы.
