В тепле старой башни ждет новая жизнь. Ниночка трепещет в первом роддоме города, а за окном сгущаются сумерки. Мать Татьяны, вернувшись домой, обнаруживает нежный конверт — и таинственное предназначение для своей будущей правнучки.
На втором этаже, приоткрыв дверь в свою комнату, стояла встревоженная Элли:
-- Любава… У нас правда все хорошо?
Я смотрела на фигурку окрепшей за это время малышки, на нежные розовые щечки, подсвеченные из комнаты падающими бликами горящего камина, на поблескивающие в полумраке лестницы внимательные глазки и понимала, что выбора, в сущности, нет…
-- Все хорошо, котенок. Посиди, пожалуйста, с Норой. Я постараюсь поскорее освободиться.
Внизу, в холле, меня приветствовала мэтр Фонкер:
-- О! Вы прекрасно выглядите, госпожа баронесса, просто прекрасно! Я рад, что ваше здоровье поправилось окончательно.
Барон выглядел еще более похудевшим и почему-то раздраженным. Я протянула ему руку, он поцеловал и объявил:
-- Мы привезли с собой готовые документы. Я не расположен долго ждать. Давайте сегодня подпишем, и тогда у вас останется два дня на сборы.
-- Нет. Во-первых, прежде чем я подпишу ваш документ, я должна его прочитать. Во-вторых, есть несколько пунктов, которые защитят меня и Элли. Их требуется туда вставить.
Лицо мэтра Фонкера осталось совершенно невозмутимым, зато барон вспыхнул от гнева:
-- Любава, договор составлен по всем правилам…
-- Госпожа Любава! Пока я не ваша жена и даже не ваша невеста, мы будем соблюдать все возможные формальности.
Краем глаза я уловила как мэтр Фонкер ободряюще кивнул головой. На скулах барона заиграли желваки. Он глубоко, с каким-то неприятным сипом вздохнул через нос и так застыл на мгновение, но потом все же сумел взять себя в руки.
-- Мэтр Фонкер, прошу вас, отдайте госпоже Любаве копию договора. Да, и еще… Уточните, пожалуйста, какие изменения она считает нужным внести. Я хотел бы подписать брачный договор хотя бы завтра к обеду, – с этими словами он небрежно поклонился мне и вышел.
Я заметила, что двигается барон гораздо легче, чем в прошлый раз, и почти не прихрамывает. Спорить и раздражать его было бессмысленно.
-- Мне даже любопытно, госпожа баронесса, что вы сочли нужным добавить.
Я взяла листы и, пока он ел, вслух зачитала ему все три пункта, подробно расписанные мэтром Бульдором.
