В тепле старой башни ждет новая жизнь. Ниночка трепещет в первом роддоме города, а за окном сгущаются сумерки. Мать Татьяны, вернувшись домой, обнаруживает нежный конверт — и таинственное предназначение для своей будущей правнучки.
Ну что ж, значит, в этот раз придется справляться без мужа!
Внезапно мне в голову пришла одна интересная мысль, и пока у меня еще было время: и служанки, и малышка спали, я почти бегом вернулась на крышу башни, снова взгромоздилась на непонятную ржавую конструкцию и начала осматривать поле будущей «битвы» совсем другим взглядом.
Здесь требуется совершенно новая идея. И она у меня есть!
Глава 14
Завтрак для всех я приготовила довольно забавный. Поняв, что кроме ножа и трех кружек у меня нет никакой посуды, немного подумала, напластала каравай хлеба толстыми ломтями, прорезала подобие «кармашков», туда засунула по ломтику ветчины и сыра, насадила эту красоту на длинные щепки, которые лично отколола от сухих поленьев, и оставила все на чистой тряпочке.
Очень уж дискомфортно готовить стоя на коленях перед сундуком. Пробовала в наклон, но сундук низкий совсем, неудобно. Да и голова у меня кружилась от такой позы. К сожалению, пока выбора не было. А жарить придется каждой свою порцию самостоятельно – за всеми я не услежу.
В том самом огромном котле, что висел на цепях, вскипятила воды для местного «чая». Травяной сбор, который пили здесь, мне, лично, очень понравился. Точнее – один из них. Так-то каждая хозяйка сама себе сушила травы, но в дороге я понравившийся рецепт попробовала и сочетание выспросила. Ну, и купила мешочек для себя. Вкус зверобоя, нотки мяты и лимона, плюс – тонкое послевкусие смородины. Прекрасный напиток, а главное – дешевый.
Плохо ориентироваться по солнышку, без часов, но что поделаешь.
-- Осподи боже, это что ж вы ни свет, ни заря поднялись-то, госпожа Любава! Ить сама бы я собрала завтрак.
-- Не ворчи. Присаживайся, будем есть и думать, что да как. Нора спит еще?
-- Сейчас выйдет, как жеж спать-то, когда солнце в глаза. А малышка еще спит, пусть отдыхает, сиротинка.
В башне и в самом деле было довольно светло – сквозь запыленные узкие окошки попадало достаточно света.
Пол на первом этаже был каменный, а вот люк в полу – из широких досок. Вместо ручки – толстенное, позеленевшее от старости кольцо. Я думала, что там – погреб, или что-то похожее, но Леста, принесшая мне подогретый хлеб, покачала головой:
-- Нет, госпожа Любава. Гляньте, эка лестница-то широкая. В погреб бы ить попроще сделали.
