Девушка получает второй шанс на жизнь, но сталкивается с опасностью уже в новом мире. Ей досталась только земля и старая башня, а враги норовят избавиться от неё. Чтобы выжить и избежать участи нищей одиночки, ей придётся раскрыть тайны своего наследства и найти силы для борьбы.
Я умылась с жары и сменила блузку – сегодня на огород уже не вернусь. Леста подала холодный взвар, староста осматривал мой лаконичный интерьер и что-то там себе думал-прикидывал. С любопытством косился на небольшие черепки, расставленные на открытом окне – явно пытался понять, что они содержат.
-- Что ж, Прон, – я глотнула прохладного напитка и аж зажмурилась от удовольствия. – Хотел поговорить – говори.
-- Больно, госпожа Розер, огородец ваш ладненько глядится. Али слово какое знаете? Говорят, знахарки старые иногда делятся перед смертью с простым людом…
Я чуть не поперхнулась питьем: еще не хватало мне, чтобы в колдовстве заподозрили!
-- Никаких слов я знать не знаю, Прон. А вот советы людей бывалых всегда послушать любила. От одного – один секрет, от другого – второй. Что сажать, да как сажать, да чем от насекомых избавляться, да чем покормить кустик.
Кажется, я его слегка разочаровала, но он мне поверил. Думаю, крестьяне, что присылались мне в помощь, не раз говорили ему, сколько времени я работаю сама. Так что он с сожалением покивал головой:
-- От и я так думаю! А бабы наши ить подступаются ко мне: спроси, дескать, слово верное заговорное.
-- Нет, Прон. Работать нужно и знать, что да как.
-- Поучите нас, госпожа Розер? Больно у вас капустка хороша! У меня еще на огороде еле-еле в кочан вяжется, а у вас ить хоть и сейчас сымай урожай! А я квашеную больно уважаю зимой."
"-- Поучу, Прон. Таить ничего не буду. И как капусту растить, и как картошку окучивать. Дело это долгое. Пришлешь женщин посмышленее, я и расскажу, что да как. Понятное дело: за раз все не запомнят, но что-то спросить можно и потом будет. Только и меня ведь к тебе дело есть. Пойдем, покажу кое-что.
Мы поднялись на плоскую крышу башни. Мусор и хлам отсюда давно вынесли. Стоял здесь дубовый крепкий табурет, стул и небольшой столик – иногда мы с Элли по вечерам здесь чаевничали. Остальная площадь была практически пустой – три длинных узких ящика с цветочками и все. Правда цветочки эти были красиво цветущей геранью – ее запах не любили комары и она немного защищала нас.
-- Бери стул, Прон. Вот сюда его…
Сама я взяла табуретку и подтащила к ограждению. Кряхтя, толстяк взобрался на стул, я -- на табуретку.
-- Смотри! – рукой я показывала в сторону яркой зелени болота.
Пожалуй, сейчас оно выглядело даже красиво: переходы от густого изумруда трясины к нежной зелени ряски бывших озер, сумрачная окраска чахлых елок и сосен, растущих по краю.
