Вот описание с учетом ограничений: Эта книга оставляет после себя жгучие вопросы и нерешенные загадки. Она рассказывает о девушке, чья жизнь рушится из-за одного маленького слова "За все в жизни приходится расплачиваться". Главная героиня Настя не знает, за что она должна платить — за любовь или за то, что выбрала карьеру. В мире, где нет простых ответов, каждое действие имеет последствия, и глава ждет своего часа....
— И я к тебе по делу. Дорогая, когда наконец вплотную займемся новым альбомом Володьки, а? Лично я со своей стороны уже готов.
— Займемся, Георгий, займемся. Когда меня позвали на телевидение, я там сказала, что уже готовится новая редакция.
— Тем более. Зачем тянуть?
— Георгий, я к тебе по другому вопросу.
— Я весь внимание. — Он вернулся за стол и тоже сел.
— Ты — издатель… крупный, успешный…
— Надеюсь, что так. Но к чему такие комплименты?
— Скажи, ты можешь узнать, заказывало ли какое-либо московское издательство книгу о моем муже? И если заказывало, то кому?
— Легко! Нет проблем.
— Если можно, сумму аванса, — вставила Анна Федоровна. — Это важно!
— И сумму аванса, — повторил Георгий в трубку. — И что самое главное, Левочка, характер текста: бульварный вариант для домохозяек или классическая форма… Понял? Выполняй.
— Какая там классическая форма! — Анна Федоровна нервно закурила. — Помои! Грязь! Вся подноготная нашего многочисленного семейства будет вытряхнута на всеобщее обозрение!
— «Иваницкий и его женщины»? — понимающе спросил Георгий.
— Да-да, именно так он и сформулировал.
— М-да… — Георгий ухмыльнулся. — А я-то думал, что господин Кончаловский закрыл сию тему.
— Не лукавь! — поморщившись, Анна Федоровна глубоко затянулась. — Ты издатель и знаешь лучше меня, что свято место пусто не бывает! Андрон только открыл шлагбаум. Десятки именитых женоведов и женолюбов радостно ринулись по его следу!
— Что правда, то правда… — невесело констатировал Георгий. — Я тебе, кстати, сотню раз предлагал написать мемуары об Иваницком! Ты отказывалась. Теперь кусай локти. Тебя опередили!"
"— Зачем?! — крикнула Анна Федоровна, вспылив.
— Иначе, милая, читать никто не будет. — Георгий встал и прошелся по кабинету. — Такие времена. Все хотят заглянуть под чужое одеяло.
— А я не хочу! — оборвала его Анна Федоровна.
— Кофе хочешь? — снова предложил Георгий.
— Я водки хочу! — взорвалась Анна Федоровна с отчаянным вызовом. — Десять лет держалась… а теперь…
— Нет! — властно и твердо оборвал ее Георгий. — Нет, Аня.
