Вот описание с учетом ограничений: Эта книга оставляет после себя жгучие вопросы и нерешенные загадки. Она рассказывает о девушке, чья жизнь рушится из-за одного маленького слова "За все в жизни приходится расплачиваться". Главная героиня Настя не знает, за что она должна платить — за любовь или за то, что выбрала карьеру. В мире, где нет простых ответов, каждое действие имеет последствия, и глава ждет своего часа....
Галина Васильевна первой прервала молчание:
— И что же нам теперь делать? Как защититься, — она бросила гневный взгляд на скомканную газету, — от этой мерзости? За нас даже некому заступиться. А раз так, — она резко встала, — мы должны защищать себя сами.
— Все правильно ты говоришь. Он хочет денег. Хорошо. Я дам ему сорок тысяч. У меня есть. — Анна Федоровна тоже встала и закружила по комнате.
— Нет, Анна, мы сделаем это сообща, — мягко возразила Галина Васильевна.
— Я тебя умоляю! — отмахнулась Анна Федоровна.
— Только вместе, слышишь меня? Только вместе, — решительно заявила Галина Васильевна.
— А знаешь что… — Анна Федоровна вдруг остановилась, — меня не покидает ощущение, что этот Евгений мне знаком. Точнее его фигура… понимаешь, не лицо, не манера говорить, а именно фигура. Как все это странно, ты не находишь?
* * *Решение взглянуть собственными глазами на этого пока еще виртуального Евгения возникло у Саши моментально, как только она узнала его адрес.
Они стояли перед обшарпанной дверью. Саша с плохо скрываемой яростью давила на кнопку.
— Только умоляю тебя, — наставлял ее Илья, — спокойнее, предоставь все мне.
Дверь открыл Евгений. Смерив его с головы до ног ненавидящим взглядом, Саша, не дожидаясь приглашения, вошла в квартиру и направилась в комнату.
— Ну что, узнал меня? — отрывисто спросила она, остановившись посередине комнаты и в упор глядя на него. — Да, это я! Ущербная разведенка!
— По душам пришли поговорить или морду бить?
— А это как получится.
Илья с мрачным видом вошел следом, загородив собой дверной проем. Скрестив руки на груди, он враждебно разглядывал Евгения. Тот демонстративно плюхнулся в кресло, закинул ногу на ногу.
— Ну что ж, прошу, же ву зан при, плиз! Вот, так сказать, мои апартаменты.
Стремительно обойдя комнату, Саша остановилась у включенного компьютера и процедила сквозь зубы:
— Понятно. Значит, вот на этом самом агрегате мы и строчим наш гнусный пасквиль! Да? Прям тут людей грязью и обливаем? — Она наклонилась к компьютеру, пробежала глазами текст.
— Смею вас уверить, у меня нет ни слова неправды.
— Илюш, послушай! «Володя всегда говорил мне, что Лера была не лучшей из его женщин. Темперамент — на троечку».
