Резко проснувшись и услышав знакомое зовущее "Люся", поняла, что снова одна в холодной квартире. Голова раскалывается так сильно, что даже желание оставить жилье за кого-то другим кажется логичным решением. Вот тогда до меня докатилось, и я осознала, что именно этот крик является сигналом моего нового состояния — единоличности в мире холодных одиночек....
Образ мажора, решившего «купить» себе наследничка, пошатнулся.
— Детских кресел нет, уж извините, но тут не так далеко ехать, так что… — он не успел договорить, а я уже усаживала Машу и Мишу в машину, затем сама уселась на заднее сидение рядом с ними.
Все, что угодно, лишь бы оказаться подальше от этого барака.
Бросила прощальный взгляд на покосившееся деревянное строение. Надеюсь, возвращаться не придется. Скучать я точно не буду.
— Мам, — тихонечко прошептала Маша, когда машина тронулась. — А куда мы едем?
— Хороший вопрос.
— Ко мне домой, — увидев мое удивленное лицо, он поспешил добавить: — Я знаю, что обещал снять вам квартиру. Я это сделаю, просто сначала доедем до меня, я сделаю пару звонков и обо всем договорюсь.
Поймав его взгляд в зеркале заднего вида, я благодарно кивнула.
— Значит, мы будем жить одни? — снова спросила девочка. — Без папы?
Вот только я не ответила, потому что Руслан продолжал странно на меня смотреть через зеркало, и в который раз за день мне казалось, что его глаза были желтыми.
Да что с ним такое?
— Осторожнее!
Я кивнула Галавицу в сторону обочины, где стояла, сияя проблесковым маячком, машина дорожной полиции.
Завидев нашу машину, инспектор махнул жезлом в знак, что надо припарковаться у обочины.
«Вот блин! Сейчас штраф впаяют за то, что едем без детских кресел!» — с досадой подумала я.
Руслан, тем временем, свернул к краю дороги, остановился и опустил стекло. Дети рядом со мной притихли и вжались в сидения.
— Только не отдавай нас!
Господи, это кто детей полицией запугал? Хотя о чем это я. С такими родителями перспектива того, что госслужбы изымут их ради их же блага — могла быть вполне реальной.
— Доброго дня, капитан пол… — начал было представляться полицейский, но запнулся, увидев, кто сидит за рулем. — Ох, Руслан Раисовч, это вы. Простите, вы на другой машине… и не одни…
Он стрельнул подозрительным взглядом в нашу сторону, а затем закончил свою сбивчивую речь:
— Простите, не узнал!
— Да ладно, что там, — я сидела в противоположной стороне от водительского кресла, а потому видела его улыбку только сбоку, но она мне показалась такой искренней и так ему шла, словно бы он сейчас говорил с хорошим другом и был действительно ему рад.
Полицейский еще раз мазнул взглядом по мне, задержавшись на этот раз на лице.
«Вот черт! Фингал не прикрыла!»
— Да, да, конечно. Не смею задерживать.
