Резко проснувшись и услышав знакомое зовущее "Люся", поняла, что снова одна в холодной квартире. Голова раскалывается так сильно, что даже желание оставить жилье за кого-то другим кажется логичным решением. Вот тогда до меня докатилось, и я осознала, что именно этот крик является сигналом моего нового состояния — единоличности в мире холодных одиночек....
Я улыбнулась ему и снова повернулась к Руслану:
— И как ты живешь здесь? — неужели он не понимает, как это странно?
— А что? Призраки меня не пугают. Как и любая другая нечисть, — открыв двери дома, он сделал широкий жест, приглашая нас с детьми пройти внутрь, хитро прищурился и добавил замогильным голосом: — А чего нас вообще бояться?"
"У меня аж сердце замело от того, насколько зловеще это прозвучало. Наверное, скажи он сейчас хоть что-нибудь громкое, хоть то же «Бу!», я бы завизжала, схватила детей и удрала отсюда как можно скорее.
Вот только дети ничего не заметили, просто проскользнули внутрь, на ходу стаскивая курточки.
— Да ладно, ты чего? — снова заулыбался Руслан. — Я же пошутил.
Наваждение рассеялось, я просто выдохнула.
«Кладбища испугалась, тоже мне…» — отругала саму себя, проходя в дом Галавица.
Вот только, когда я проходила мимо него, мужчина вдруг взял меня за руку и развернул, останавливая напротив себя. Крылья его носа затрепетали, скулы побелели, а от того места, где его пальцы касались моей кожи на запястье, вновь по телу заплясали едва заметные покалывания:
— Что с вами не так, Людмила? — вроде бы он говорил с улыбкой, но при этом я нутром ощущала его напряжение.
— Голову помыла, — попыталась отшутиться я, потянула руку, но мужчина ее не отпускал.
Он облизнул губы, сглотнул, чуть придвинулся…
Это было странное ощущение. Когда одновременно чувствуешь себя не в своей тарелке, а от волнения захватывает дух.
— Мама, смотри какой!
Пока мы с хозяином дома стояли и смотрели друг на друга, дети уже успели скинуть верхнюю одежду и облюбовать стоящего в коридоре… слона?
Это действительно была большая фигура слона, видимо, использовавшаяся тут вместо банкетки. Маленькие черные глазки-пуговицы, бархатная коричневая спинка, упругий, загнутый кверху нос.
— Можно на него сесть? — пискнула Маша, смотря на Руслана исподлобья.
— Да, но только потом надо будет помыть руки. Забыли про мороженое? Ванная вон за той дверью, — он сам мгновенно преобразился, став веселым, открытым.
Дети завизжали от восторга и тут же забыли про слона, очевидно, решив, что тот никуда не денется, а вот мороженое могут съесть и без них…
…Минут через десять мы все четверо сидели на кухне. Она была довольно маленькой, как, впрочем, и весь дом.
