Резко проснувшись и услышав знакомое зовущее "Люся", поняла, что снова одна в холодной квартире. Голова раскалывается так сильно, что даже желание оставить жилье за кого-то другим кажется логичным решением. Вот тогда до меня докатилось, и я осознала, что именно этот крик является сигналом моего нового состояния — единоличности в мире холодных одиночек....
Пока дети и хозяин дома спали, приняла душ, медленно расчесала волосы.
Рассматривая собственное, такое знакомое и незнакомое тело в большом зеркале в ванной, я не сразу заметила произошедшее изменение: фингал с лица пропал, словно и не было.
Это удивило и напугало одновременно. Неужели это так подействовала «перекись» хозяина дома? Или просто изначально синяк не был таким уж большим, как мне показалось?
Уже выходя из ванной, одетая в один из старых халатов Люси, я нос к носу столкнулась с владельцем дома.
— Ой! — пискнула я, отступая, но сзади оказалась стена.
Мужчина замер напротив, видимо, не ожидал, что я тут буду шастать в такое время. С минуту мы смотрели друг на друга настороженно, словно выжидая. И мне в очередной раз за сегодня показалось, что глаза его блестели неестественной желтизной.
Он вдруг странно облизнулся, на губах появилась нехорошая предвкушающая улыбка, а уже секунду спустя Руслан подался вперед, шумно вдыхая. Это было завораживающе и жутко и испугало меня до дрожи:
— Я воспользовалась вашим шампунем! — выставив руки перед собой, выпалила я первое, что пришло в голову.
Галавиц вздрогнул, потряс головой, будто только проснулся. Осмотрелся.
— Да-да, конечно… — рассеянно произнес и, развернувшись, ушел в свою спальню.
Я еще пару минут постояла рядом с ванной и отправилась в гостиную. Какое-то время мне понадобилось, чтобы собраться с духом. Я долго вертела в руке маленький телефон Люси, прежде чем включить его снова.
Четырнадцать пропущенных! Вот это да!
Но пока еще кто-нибудь не начал мне звонить, я набрала свой собственный номер телефона."
"Длинные гудки на том конце провода заставили напрячься и забыть обо всем, что произошло сегодня: о странном поведении Руслана, беременности, детях. Вся жизнь стала одним бесконечным ожиданием того, что произойдет дальше.
Я и хотела и боялась того, что будет. А если трубку возьмет Люся? Что я ей скажу? Как она отреагирует? Что скажет?
— Алло…
Голос был мужской, басовитый, и в первый момент я испытала полнейшую растерянность.
— Алло, — эхом повторила я. От неожиданности из головы вылетело и то, кому я звоню, и то, зачем я это делаю.
— Это кто? — сонно переспросил мужчина.
«А что, если это Люся себе уже нашла кого-нибудь!» — мысль показалась безумной только в первый момент.
— Здравствуйте. А Людмилу вы не могли бы пригласить к телефону? — я скрестила пальцы на левой руке и затаила дыхание.
