Резко проснувшись и услышав знакомое зовущее "Люся", поняла, что снова одна в холодной квартире. Голова раскалывается так сильно, что даже желание оставить жилье за кого-то другим кажется логичным решением. Вот тогда до меня докатилось, и я осознала, что именно этот крик является сигналом моего нового состояния — единоличности в мире холодных одиночек....
Потому что уже несколько секунд спустя в лунном свете, струящемся из большого окна у дверей, стояла собака. Темная лоснящаяся шерсть, совсем как волосы хозяина дома, вытянутая заостренная морда, хвост.
Глухое рычание разрезало тишину.
«Это не собака… это же волк!» — осенило меня, а по спине поползли неприятные мурашки."
"Волк медленно повернул свою пасть и покачал головой, совсем по-человечески, как будто не одобряя, что я не сплю. Кивнул в сторону гостиной и в один прыжок оказался на улице, выскочив в распахнутое окно.
Привстал, опираясь на стену, прикрыл створку лапой и, перепрыгивая через сугробы, скрылся в той стороне, где располагалось кладбище.
— Я, наверное, сплю… — заторможенно произнесла я, потирая виски.
Вернулась в кровать, забралась под одеяло и крепко-крепко зажмурилась. А когда снова отрыла глаза, было уже утро.
«Это же надо, какой сон приснился!» — мгновенно вспомнила я свое ночное «приключение».
— Мама! Вставай, уже утро! — бодро отрапортовал Миша, залезая ко мне под одеяло.
— Мама, а как ты тут оказалась? — позевывая, спросила Маша. — Ты ведь наверху спала.
— Я решила лечь рядом с вами, — улыбнулась я детям.
На кухонном столе обнаружилась записка от Руслана о том, что он ушел на работу, а вместе с запиской — целый неразобранный пакет продуктов.
«Ушел на работу. Не уходите с участка. Приду, и все обсудим. Если что — звони».
Все обсудим — это он, интересно, про нашу с ним ночь? Или про «согласовать показания»?
Готовить на чужих кухнях я не очень любила.
А потому, раскладывая по тарелочкам перед детьми свежесваренную кашу, я начала у них потихоньку выспрашивать.
— Как в садике вчера день провели? С кем-нибудь играли? Как вам Марина-Санна?
Я ожидала услышать что-нибудь вроде «Не хотим идти в садик!», «Давай лучше дома!».
Да что там! В прошлой своей жизни я прекрасно помнила дочь соседки этажом ниже, которая будила криками весь подъезд. «Дурацкий садик! Не хочу! Дурацкая воспитательница!».
Но тут, кажется, ситуация была прямо противоположной. Моим детям садик нравился, и друзья у них там были, и даже Марина-Санна была любимым воспитателем.
