Распахиваю ноги так широко, что он может взять меня в любой момент.
– Очень странно, Алмаз.
Марат вдруг отходит.
А меня будто целым ведром льда обсыпали , начиная с головы. Так сразу холодно становится. Между ног что-то болезненно пульсирует. Соски ноют так, что я готова жалобно застонать от разочарования. От какой-то дикой. Запредельной потребности, чтобы он продолжал!
Но Марат отходит на несколько шагов.
Наливает себе в стакан темный напиток.
Медленно цедит его, не сводя с меня тяжелого, пристального взгляда.
– Тебе не интересны украшения. И их ценность. Зачем ты пришла ко мне, Алмаз? На самом деле. Если дорогие подарки не то, что тебе нужно?
Отпускать ее невыносимо. Немыслимо.
Хрен знает, как, но она зацепила с первого удара.
Удара прямо внутрь, когда встретился с этими нереальными глазами. Затопила так, что я, впервые в жизни, как пацан, просто, на хрен, захлебнулся!
Сначала я, конечно, зацепил фигурку.
И густые волосы цвета расплавленного золота.
Тут же поймал дикий стояк. Так и увидел. Почти почувствовал.
Как наматываю эти локоны на кулак. Жестко, как привык. Как люблю. Натягиваю так, что легкие слезы выступают в этих огромных глазищах от натяжения.
Как очерчиваю рукой по крутым, охрененно округлым бедрам.
И резко врываюсь. На полную длину. На максимум. Сразу. С размаха.
Вот тогда в этих глазах заискрится настоящее море! Океан!
И губы. Просто охренительные губы!
Вторым кадром перед глазами пошли именно они.
Как они обхватывают мой тут же занывший член.
А я долблюсь. Долблюсь в самую глотку. Прямо всхлипы ее, судорожные, от того как переполнена моим членом, услышал. Влажные толчки с потекшей по ее подбородку слюной. И глаза. Глаза, из которых брызнут слезы. С первого толчка!
Такой и представлял себе, когда к ней подошел.
Чуть не застонал от адского стояка, когда она медленно приподняла длинные пушистые ресницы.
Блядь! Как только впилась в меня взглядом своими огромными глазищами…
Дух вышибло. Напрочь.
И в груди что-то сжалось.
Это я понял уже в первого вздоха.
Который, кажется, мы сделали одновременно.
Так или иначе. Но будет. Этой ночью. И точка.
Выяснить, куда так спешила красавица, оказалось не так сложно.
Еще легче было бы тупо перехватить по дороге и отвезти к себе.
Но меня разобрал азарт.
Кажется, это впервые мне ответили так дерзко! Черт! Да она же не просто меня отшила! Она меня буквально послала, да еще и так невинно глядя мне в глаза!
Желание схватить в охапку и стянуть с этого подиума уже очень быстро перевесило желание понаблюдать за женщиной, которая уже стала моей. Хоть еще и не поняла этого.
Даже кулаки дернулись. И зубы сжались.
Но я сдержался, пусть и бормоча сквозь сжатые зубы маты и проклятия.
Мне стало интересно. И я решил пойти до конца. Понять. Рассмотреть.