Что из себя представляет и чем дышит.
Поначалу меня это не интересовало. Одна ночь. Как всегда. А после… Распрощаться, отвесив неплохие чаевые.
Но… Видимо, хрупкий Алмаз , занимающаяся одной из самых порочных профессий и торгующая своей красотой, таки зацепила меня намного сильнее, чем я поначалу думал! Намного сильнее!
Не скажу, чтобы прям за горло, но…
Я видел, как ее пожирали голодными глазами. И как она сияла, купаясь в этом восхищении и похоти. А, проще говоря, наслаждалась. Чувствовала себя в привычной атмосфере!
Даже гадко как-то стало. Девок этого пошиба, и даже этой конкретной фирмы, я знаю очень хорошо.
Любую из них можно в любой момент дернуть. Дня или ночи.
Обслужат по первому разряду. Профессионально. Мастерски.
Частенько вызывал. Даже имен не собираясь не то, что запоминать, а даже спрашивать!
Но то, что она такая же… Из этих… Дорогих и одноразовых…
Черт. Гадко стало. Даже во рту какой-то омерзительный привкус появился.
Я почти ушел. Сам на себя разозлился, что столько времени потерял на продажную дешевку. Мысленно уже послал ее к чертям!
Повернулся уходить. Мне точно на таких приемах делать нечего. Любую мне Эрнест сам, лично привезет и хвостом еще передо мной вилять будет! Любую!
Мне в спину ударили слова про аукцион!
И сам не понял, как красная пелена заволокла все перед глазами!
Ее сейчас купит кто-то из этих извращенцев, что втайне подрачивали, гладя, как она рассекала по подиуму!
Руки сами сжались в кулаки.
Из горла вырвался рык.
И я готов был каждому оторвать то самое место, которое побуждало их не отрывать взгляда от экрана! И торговаться за эту нежную плоть!
Мурашки по коже рассыпались искрами, когда она изгибаться начала перед камерой.
Я уже почувствовал пальцами ее белье. И то, как срываю его, прикасаясь к нежной коже. Светящейся коже. Уже будто и услышал ее первый стон!
Мозгами понимал, что это для нее привычное дело. И вся ее нежность, эта какая-то переливающаяся в каждом движении и глазах невинность – лишь игра. Нет никакого Алмаза. Ничего уникального. Простая продажная девка. Разве что чуть красивее других. Или просто необычнее.
И не отбривала она меня на самом деле. Просто не разобралась сразу, кто я. Не увидела толстый кошелек за моей простой одеждой.
Как завороженный смотрел. Глаз оторвать не мог. От каждого ее жеста.
Назвать готов был, кажется, любую сумму.
Но, твою мать! Она не будет ничьей! Моя!
Мне даже интересно было наблюдать за тем, как она со мной пыталась в кошки-мышки поиграть.
Понял же. Чутьем почуял, что в номере том была, внизу.
Забавно даже стало. Интересно было посмотреть, как далеко зайдет. Сколько бегать от меня будет?
От меня еще ни одна не сбегала! Наоборот. Как понимали, кто я, тут же хвостом вилять начинали. И ротиком готовы были поработать.