Автор
Кирилл замечает девушку в полутени ресторана, она кажется очень хрупкой и воздушной, но у него зарождается собственный энтузиазм. Его привлекает ее изящество и красота, скрытые под простым черным платьем до колен. В окружении теней банкетного зала его воображение рисует длины ее ног и изгибы тела....
— Что он сказал?
— Защищает тебя, в Италию вон привез, готов оплатить мне эту чертову операцию, — брат рассматривал костяшки пальцев, нервно их потирая. Я положила руку сверху и сжала его беспокойные руки.
— Саш, ты же подумаешь?
— Подумать — подумаю, а там посмотрим.
— Вот и славно. Знаешь… — понизив голос, я по-детски наябедничала на Нелли за ее выходку с платьями. — Еще и дала понять, что я ее задержала! — закончила я. — Правда стерва?
— Еще какая. Но ты с ней осторожно. Сонька сказала, что она на Кирилла глаз положила очень давно.
— Думаешь, они с Булацким любовники? — стараясь выглядеть отстраненной, спросила я, при этом глядя не в глаза брата, а в окно.
— Я наблюдаю, Есь, и не позволю тебя дурой сделать. Если что, выскажу все Булацкому.
— Ты что? У нас не такие отношения, ты не понимаешь, — зашептала я, бросая взгляды на неподвижный затылок водителя. Из-за музыки он вряд ли нас слышал, но я все же задвинула перегородку.
— Я все понимаю. И даже больше. Ты пыталась изобразить передо мной видимость вашего романа с Булацким, но я быстро понял, что к чему. Где-то подслушал, где-то догадался. Картинка неприятная, но главное то, что Андрей нас на бабки подставил. Без Булацкого бы остались один на один с бандосами.
— Да, все так. Я бы хотела решить вопрос иначе, но пока не выходит.
— Он нравится тебе, Есь? — он посмотрел на меня с теплотой во взгляде в ожидании честного ответа. Брату я никогда не умела лгать.
— Он пугает меня. Такой человек! Хозяин города. Неограниченная власть, горы денег. К этому сложно привыкнуть. Но в то же время так просто и удобно, когда тебе ничего не надо делать. Я боюсь подсесть на это, Саш. И все время кажется, что все это закончится как-то очень трагически и неожиданно.
— Не исключаю. С таким образом жизни. И Булацкий тоже. Он мне сообщил, что ты будешь всем обеспечена. И ребенок. Так вот я думаю, может, действительно, согласиться лечь на операцию, пока твоего бандоса не укокошили?
— Думаешь только о себе, как обычно, — беззлобно укорила я его, снова чувствуя тот самый холодок.
Глава 29. Есения
После разговора с братом на сердце стало легче. Ненамного. По крайней мере, отпустила тревога за будущее Саши. Лед тронулся. Наконец-то он сделал шаг в сторону своего выздоровления и обещал подумать над операцией.
