Автор
Кирилл замечает девушку в полутени ресторана, она кажется очень хрупкой и воздушной, но у него зарождается собственный энтузиазм. Его привлекает ее изящество и красота, скрытые под простым черным платьем до колен. В окружении теней банкетного зала его воображение рисует длины ее ног и изгибы тела....
В конце концов, ей же не приснилась та страсть, что так неожиданно вспыхнула между ними на похоронах.
«Ты для меня — табу. Жена друга», — сказал он ей тогда, отодвинувшись и поправив на ней задранное вверх платье. Между ними в тот раз ничего не произошло, но она надеялась, что будет для него запретной только на время траура. Ох, как долго она надеялась и ждала.
Оказалось, Кирилл заклеймил ее навсегда. Шли годы, они поддерживали тесную связь, она дружила с его сестрой, приходила к нему в дом на праздники.
"Родственницей. Вот кем он ее считал. А в это время спал с кем ни попадя. Она-то знала, потому что следила за ним с маниакальным упорством. Здорово он втемяшился ей в голову, она даже любовников подбирала, чтобы на него были похожи. Но разве кто-то сравнится с Кириллом?
Впору упрекнуть Булацкого, что она потратила на него лучшие годы, но он объяснил ей все на берегу. И не виноват, что она по своей собственной инициативе и из женской глупости прыгнула в воду.
Ей хотелось о нем заботиться.
Четко очерченные губы всегда были плотно сжаты, придавая образу мужчины цинизм.
Не ей одной хотелось пробраться за этот ледяной фасад. Возможно, она могла бы соблазнить его, но ни за что бы не удовлетворилась одной ночью — после стольких лет бесплодного ожидания.
Поэтому сегодня на ней непривычно короткое платье, высокие каблуки и красная провокационная помада.
И Неля не будет думать, что какая-нибудь молодая фифа с ногами от ушей, которой не придется закрашивать седину, чтобы вернуть волосам пшеничный оттенок, запросто уведет у нее Кирилла…
— Хочу эту! — сообщил ей Булацкий, вырвав из раздумий. Она и не заметила, что они добрались до конечной точки пути.
