Автор
Кирилл замечает девушку в полутени ресторана, она кажется очень хрупкой и воздушной, но у него зарождается собственный энтузиазм. Его привлекает ее изящество и красота, скрытые под простым черным платьем до колен. В окружении теней банкетного зала его воображение рисует длины ее ног и изгибы тела....
Оно еще не началось, а я уже мечтаю о свободе.
Все здесь было чужим, непривычным, слишком вычурным и с нарочито бросающимся в лицо шиком. Я бы тут все переделала, убрала бы помпезную лепнину, придала бы современный облик темным мрачным помещениям.
Господи, откуда во мне уже взялись эти мысли супруги богача? Я здесь пока никто и звать меня никак, а что-то уже планирую. Кирилл быстро потеряет ко мне интерес, видя, как мало я похожа на развратную девку из той ВИП — комнаты. Обычно быстро вспыхнувший интерес так же стремительно гаснет, как только объект охоты сдается и беспомощно поднимает лапки.
В этом-то и заключалась главная проблема. Я четко понимала, что я сама по себе ненадолго удержу внимание Булацкого, и только ребенок придает мне хоть какой-то ценности. И если я не постараюсь стать лакомым куском для этого мужчины, то он избавится от меня, как только я рожу, закопает где-то в лесу, и ничего ему за это не будет.
В то же время все во мне протестовало против того, чтобы добровольно стать сексуальной рабыней абсолютно чужого мужчины, прогибаться под него, соблазнять и выполнять все его порочные прихоти.
Я просто не смогу! Сломаюсь, подохну от самоуничижительных мыслей, возненавижу саму себя…
Послышались какие-то голоса, и я затаилась, не желая раскрывать свое приближение. Почему-то показалось более разумным остановиться и подождать. Решить, стоит ли заявлять о своем присутствии. На цыпочках подобралась к арке, которая вела в огромную гостиную, где беседовали люди."
"Слышно было два голоса, и я невольно прислушалась.
— …понимаю, Булат, ты вышел из игры, но зачем мешаешь другим жить по старым законам? Ты меня давно знаешь и можешь доверить контроль над портом. Зачем мэру лишние проблемы? Ты не сможешь ухватить все в свои руки, ты уже не хозяин этого города. Господин Сайдахов поручил мне приехать к тебе и поговорить от его имени.
— Хали-ид, — протянул Булацкий, и от его спокойного голоса у меня по позвоночнику пробежала волна озноба, — ты не поленился приехать в мой дом, чтобы еще раз выслушать отказ? Не понимаю вашей с Сайдаховым настойчивости.
