Автор
Молодая женщина неожиданно встречает загадочного восточного миллиардера, который узнает о её беременности. Между ними разгорается страстный конфликт: он требует оставить ребёнка, она борется за свою независимость. Любовь и воля сталкиваются в этой истории о выборе, власти и неожиданных...
Я замираю под пристальным взглядом сухопарой незнакомки, которая одета в длинное платье с рукавами, расшитыми цветными нитками и бисером, а может, и камнями, как знать.
Восточная женщина смотрит на меня не мигая. Но никакого выражения на ее лице не проскальзывает. Сложно понять, что она думает по поводу моего прибытия.
Так и стоит, не делает ни единого жеста, не приглашает войти, пока дверь другого автомобиля не распахивается и не являет Шаха.
При виде Аслана женщина опускает глаза, склоняет голову и замирает в этой позиции на несколько мгновений, пока Шахов не произносит какую-то короткую четкую фразу на своем.
Только после этого женщина выпрямляется.
Аслан становится рядом со мной, а затем неожиданно переходит на русский…
— Полина моя гостья, Зухра, отвечаешь головой…
Сначала удивляюсь, что слышу родную речь, а смысл фразы доходит позже, не меньшее удивление вызывает и ответ женщины тоже на русском:
— Воля моего господина…
Опять склоняет голову и Шах проходит дальше навстречу спешащему к нему мужчине.
Внимательно рассматриваю женщину. Возраст не определить, она может годиться Аслану как в матери, так и в бабушки, но что-то подсказывает, что родственной связи все же между ними нет.
— Прошу в дом, — короткая заминка, — Полина.
Женщина сторонится и предлагает мне ступить в дом Шахова, а выбора у меня в принципе и нет, еще раз бросаю взгляд в сторону ворот, охранники работают.
Это, скорее, похоже на замок, окруженный лучшей охраной короля.
Задумываюсь о своем, и женщина слегка сжимает мой локоть:
— Ты гостья, но в этом доме есть законы, — поворачиваю голову в сторону женщины, — просто выполняй распоряжения господина и глаза твои слез знать не будут…
Вскидываю подбородок, что-то в ее словах меня цепляет:
— Я — свободный человек и ваш господин привез меня сюда силой. Я не слуга и не раба, чтобы приказы исполнять.
— Гордая. Дикая. Кошка. Но. Глупая…
Открываю рот, чтобы ответить, но женщина слегка улыбается, самым краешком губ, если бы так внимательно не смотрела, не заметила бы…
— Пошли, гостья, будешь торчать под палящим солнцем — твоя белоснежная кожа сгорит, волдырями покроешься, можно стоять на своем, когда есть цель и смысл, а вот просто брыкаться, как необъезженная кобыла, не стоит…
Молвит свое слово и заходит в дом, а я ощущаю, как мне припекает макушку, так что недолго думаю и иду вслед за женщиной.
