Автор
Мелина стояла на улице в сугробах, замершая от шока при звуке голоса сестры. Внезапно замуж за шейха! Она была пленником времени, словно статуя из бронзы, молниеносно понимая значение этих слов. Несущиеся снежинки лишь усиливали ее ощущение отрочества, когда жизнь вдруг внезапно взяла искру....
Я не брошу ее… Аяз… не брошу…"
"Говорю со всем отчаянием и ощущаю, как пульсирует в висках, как накрывает болью, еще далекой, не хлынувшей на меня осознанием.
Вновь от переизбытка чувств сознание мутиться начинает:
— Мелина!
Рычит рядом Аяз а потом вода мне в лицо летит, приводит в чувства.
Моргаю несколько раз в себя приходя. Кажется, встреча с Макадумом стала для моего организма самым настоящим потрясением Я просто не справляюсь. Не справляюсь со всей этой ситуацией!
Я ее просто не вывезу!
— Прекрати.
Вновь шейх выговаривает жестко и убирает прилипшие прядки с моего лица.
— Не могу… я не могу… моя семья, Аяз… я с ними… отец и мать не знали о том, что мы с Каролиной сделали… никто не знал… мы виноваты перед тобой, Аяз… только мы… и больше всех… я…
Шейх приподнимает бровь и вдруг отвечает серьезно:
— Вторая жена твоего отца настоящая виновница всего, что произошло.
Спокойный голос и в глазах самые настоящие лезвия.
— Фатима?!
Выдыхаю ошалело.
— Да. Ее — то уж надеюсь ты не собираешься защищать?!
Вскидывает иронично бровь и… меня немного отпускает.
Не знаю. Во всяком случае сейчас он будто расслабляется, когда я тянусь к нему и цепляю его руку пальцы сами собой как-то оплетают широкое запястья мужчины.
Шейх опускает взгляд на мою руку, которая своей белизной так контрастирует с его золотистой, поцелованной солнцем кожей.
Как так получается, что наши пальцы переплетаются, я не знаю, но от этого, казалось бы, такого невинного жеста сердце пропускает удар.
Ощущаю, как большой палец Аяза проводит с нежностью по внутренней стороне моей ладони и мурашки начинают бежать.
Наконец шейх смотрит мне в глаза и отвечает твердо:
— Фатима опоила твою сестру, Мелина, и подложила под своего племянника.
Глава 48
— Что?!
Вздрагиваю. В голове не укладывается.
— Зачем?!
— Все просто. За ней давались прииски в преданное. Отец твой не понял, что именно в его руках оказалось, а вот Малик аль Ибрагим — знал, так как его клан не из последних на близлежащих территориях.
— Я… не понимаю…
Шепчу ошалело, Шейх же просто немного приподнимает уголки по — мужски сексуальных губ в подобии улыбки.
