Автор
Мелина стояла на улице в сугробах, замершая от шока при звуке голоса сестры. Внезапно замуж за шейха! Она была пленником времени, словно статуя из бронзы, молниеносно понимая значение этих слов. Несущиеся снежинки лишь усиливали ее ощущение отрочества, когда жизнь вдруг внезапно взяла искру....
Но… Макадум — правящий шейх, лидер и характер у него жесткий, он правит железной рукой, а значит… он может наказать если не меня, то моих близких…
Вероятно все эти эмоции отображаются на моем лице, в глазах, потому что шейх будто чувствует мой настрой, прищуривается и выговаривает с нажимом:
— О чем ты думаешь, Джамиля?!
Понимаю, что Макадуму лучше не лгать. Сейчас, когда между нами столько недопонимания, столько недосказанности… поэтому я отвечаю совершенно искренне и честно:
— Я думаю о сестре, об отце и матери… но… прежде всего Каролина… Что… ты сделал с ней, Аяз?!
Задаю вопрос и замираю, потому что теперь может всплыть, что моя сестра не невинна для общественности, я не знаю… не понимаю… Аяз ведь знает почему я легла с ним в кровать, значит знает и причину, а у этой причины есть исходная точка.
Моя сестра потеряла невинность до свадьбы. Пошла на подлог. Обманула правящего шейха, чтобы скрыть сам факт… и… чем больше думаю, тем тяжелее на сердце.
— Объясни мне Аяз… ты говоришь, что я единственная жена… а как же Каролина?! Что ты сделал с моей сестрой?!
По мере того, как мысли формируются в голове я уже почти на крик перехожу.
— Ты ведь знаешь, что по закону я должен был сделать с твоей сестрой?
Спокойный голос шейха бьет по вискам наотмашь. Я губу закусываю. Дрожать начинаю и Аяз явно чувствует мое состояние, проводит пальцами по моему плечу, сжимает, заставляя обратить внимание на себя.
— Скажи мне Мелина разве то, что вы совершили не тянет на предумышленное, спланированное преступление?!
Голос шейха спокоен, но в каждой букве этого предложения я приговор слышу, озвученный.
— Да. Преступление, — отвечаю спокойно, с какой-то хладнокровной решимостью, — и я в этом преступлении приняла не меньшее участие, чем моя сестра.
Отвечаю спокойно и глаза Аяза вспыхивают, а я не знаю, что именно вижу на дне этих золотистых бездн.
— Какое наказание ты уготовил ей — то и применяй ко мне.
Хмурится. Смотрит на меня внимательно.
— Ты ведь знаешь закон, Мелина. Знаешь, что именно будет…
Слезы вновь катятся по щекам, и я отвечаю со всем отчаянием:
— Каролина — моя сестра. Если ты навредил мне — никогда тебе этого не прощу Аяз и… любое твое решение относительно нее, ты будешь принимать и относительно меня.
