Автор
Мелина стояла на улице в сугробах, замершая от шока при звуке голоса сестры. Внезапно замуж за шейха! Она была пленником времени, словно статуя из бронзы, молниеносно понимая значение этих слов. Несущиеся снежинки лишь усиливали ее ощущение отрочества, когда жизнь вдруг внезапно взяла искру....
— Хочешь так же как и я…
Понимаю, о чем он, мне кажется, что вся моя промежность изнывает от жара и тяжести.
— Я хочу попробовать тебя.
— Что? — переспрашиваю сухими губами, сознание еще до конца не понимает о чем говорит Аяз, но ноги дергаются, чтобы скрыть себя от мужчины.
Только не выходит, хватка на моих коленях становится ощутимее, а взгляд Аяза тяжелым.
— Не дергайся, Джамиля. Я все равно заставлю тебя покричать для меня…
С этими словами опускается прямо между моих разведенных бедер, а дальше я чуть ли не шиплю, ощущая жаркий поцелуй — укус прямо там.
Он действительно пробует меня, средоточие моей женственности, а я запрокидываю голову и выгибаюсь, пальцы сами находят мягкие волосы Аяза и вплетаются в них.
Все так быстро происходит, что я даже не понимаю, как меня выгибает от ярчайшей вспышки и я кричу, не сдерживая наслаждение…
Глава 50
Нахожу себя в руках шейха, лежу на его плече в то время, как мужчина вальяжно сидит на диване, играет с моими волосами.
Не хочу говорить о нас, о проблемах, обо всем, но все же хочу какой-то душевной близости, поэтому выговариваю первое, что приходит в мое разморенное негой сознание:
— Это твой дом?
— Нет.
Следует ровный ответ.
— Везти тебя в резиденцию шейха не стал. Этот дом принадлежит моему хорошему другу Халиду Ибрагимову.
Киваю. Хотя это имя мне ни о чем не говорит, Аяз же проясняет:
— Мне пришлось подключать не дипломатические связи, а личные, Джамиля. И мой друг помог мне, вел слежку. Я доверяю Халиду, как себе.
Вновь понимаю, насколько умен шейх и дальновиден.
И вновь кусаю губу. Рядом с Аязом так спокойно, но все же… все же… все же…
Так много мыслей, так много терзаний.
— Ты слишком учащенно дышишь, Мелина. Задавай свои вопросы, радость моя, я на все отвечу. Не бойся.
— Что будет с моей семьей?
Чуть отстраняюсь, хочу лицо Аяза видеть, в глаза его проницательные смотреть.
— Ни твой отец. Ни твоя мать не причастны к тому, что случилось. Как я уже сказал виновна Фатима.
На мгновение присматривается ко мне, будто обдумывает говорить, или нет.
— Что… Аяз ты не договариваешь?
Наконец кивает, решает продолжить:
— Она покушалась на жизнь и здоровье твоей матери.
— Что?! — взвиваюсь вся.
— Фатима столкнула Аглаю с лестницы.
Прикрываю на мгновение глаза, мне кажется, что я не дышу.
— Как… как такое могло произойти…
— Личные мотивы.
Прикусываю губу.
