Автор
Мелина стояла на улице в сугробах, замершая от шока при звуке голоса сестры. Внезапно замуж за шейха! Она была пленником времени, словно статуя из бронзы, молниеносно понимая значение этих слов. Несущиеся снежинки лишь усиливали ее ощущение отрочества, когда жизнь вдруг внезапно взяла искру....
Быть с этой женщиной союзницами или нет — решать Каролине, а я… не хочу сестре усложнять жизнь в этом дворце с первых дней, вступая в войну со свекровью. Только потому, что у меня интуиция…
Скажем так, внешне мы с близняшкой — дубли друг друга, но внутренне…
Возможно, у Кары есть шанс действительно стать хорошей подругой и соратницей Мозины.
— Если будут вопросы, все что угодно, обращайся, Аяз — сложный мужчина… Своенравный…
Что-то в ее словах меня напрягает. Но я подавляю в себе желание задать вопрос.
— Обязательно, — вновь отвечаю со смирением, которого совершенно не испытываю.
— Я рада, что мы друг друга поняли, — вновь улыбка вызывает озноб по телу.
Дальше разговор сходит на нет, а обед заканчивается. Нам приносят чашечки ароматного терпкого кофе, и шейха попивает его, внимательно разглядывая меня поверх чашки.
Я не могу понять этого взгляда, не могу понять, враг передо мной или просто женщина, которая действительно хочет наладить контакт с невесткой и предлагает помощь.
Наконец шейха отпускает меня, а я выхожу из ее палат и иду вперед.
Я чувствую себя букашкой, запутавшейся в паутине, и единственное, чего я сейчас хочу, — это вырваться из ситуации, в которую попала.
Меня встречает служанка и провожает в мою спальню. Я не разговариваю с девушкой, лишь дежурно улыбаюсь. На сердце у меня тяжелее с каждой секундой.
Наконец, оказавшись в комнате, я закрываю дверь и буквально валюсь на кровать. Меня накрывает истерикой. Я плачу, прикусываю губу, чтобы мои рыдания не были слышны.
Вся эта ситуация безумно давит, и страшно… страшно от того, что может в любой момент произойти…
— Мамочка… мамочка, забери меня…
Выдыхаю тяжко. Рыдаю, как в детстве, когда сбивала коленки и мама обрабатывала ранки перекисью, успокаивала, обнимала…
Только девочка выросла, и проблемы стали неподъемными. Меня знобить начинает. Может, даже температура поднимается. У меня пару раз такое было от переживаний.
— Ты справишься, Мелина, все будет хорошо… — шепчу одними губами, беззвучно, и не замечаю, как уплываю в тяжелый сон без сновидений…
Глава 14
Просыпаюсь от того, что кто-то по моему лицу рукой водит, приятно так, нежно, будто стирая следы от слез…
У меня от соли, наверное, реснички слиплись, поэтому я с трудом разлепляю веки и замираю, когда склонившегося надо мной Аяза вижу.
