Автор
В атмосфере неприкрытой власти остроумия мужчина приглашает к участию молодую женщину, отводя ей роль слуги. Он медленно раздевается перед ней, нагота его сопровождается жаром и темнотой его взгляда, заставляя ее сердце колотиться в груди.
А уже оказавшись в доме, опять подхватил меня на руки, чтобы быстрее добраться до спальни. Не понимаю — я настолько медленно ползу сама или ему просто нравится меня транспортировать на себе? Такси до спальни.
Едва дверь за нами закрылась, как Андрей принялся расшнуровывать ленты корсета."
"— Ты очень красивая невеста, — шептал он мне, постепенно освобождая меня от корсета. — Ещё красивее, чем тогда, в наш первый день знакомства. Мне кажется, я не видел красивее невесты, чем ты.
— Ты думал о красоте, а я чуть от страха не умерла, — укорила я его.
Моя спина оказалась обнажена. Я свободно втянула воздуха в лёгкие. Всё же корсет — не самая моя любимая вещь во всем гардеробе.
— Красавица, — гладил он мою спину. Прошёлся пальцами по линии позвоночника, вызывая приятную дрожь. И почему я не могу не отвечать ему? Может, я уже что-то испытываю сама, просто не хочу признаваться в этом самой себе? Потому что стыдно. Мой похититель стал моим мужем, но мне всё равно стыдно его любить. — Принцесса Ясмин.
Снятый корсет обнажил меня по пояс.
Андрей отпустил меня на время, чтобы снять с себя пиджак и бабочку, затем рубашку. Пока на нем остались лишь брюки, которые натянулись в области паха от как всегда быстрой эрекции.
— Прекрасная, — шептал он снова мне, прижимая меня к себе спиной. Гладил мои ягодицы, бёдра, грудь. — Прекрасная маленькая женщина. Моя жена. Как меня прут эти белые чулки, хочется тебя очень жёстко трахнуть.
Он потянул меня к кровати. А меня, как ни странно, завели его то нежные, то грубые слова. И его такое огненное желание. Я так завожу его. Он хочет меня, не кого-то другого. Сколько их было вокруг, этих женщин, а хочет он меня и женой своей сделал тоже меня.
Повалил меня на матрас, стянул с себя брюки и боксеры и, не смущаясь наготы, улёгся сверху. Горячий член врезался в моё бедро, и я поняла, что хочу его тоже. Очень. Но Горский решил наслаждаться мной еще немного. Снял трусики, а чулки, которые его так возбудили, оставил. Горячие пальцы гладили мои бёдра и ноги в тонком капроне, и при этом он смотрел в мои глаза.
