Автор
В атмосфере неприкрытой власти остроумия мужчина приглашает к участию молодую женщину, отводя ей роль слуги. Он медленно раздевается перед ней, нагота его сопровождается жаром и темнотой его взгляда, заставляя ее сердце колотиться в груди.
Колючий взгляд на меня. Он скоро научится прожигать во мне дыры одним взглядом. Сильная рука мягко сжала шею. Тёмные глаза оказались ровно надо мной.
— Ублюдок? Ну-ка, повтори.
Горло сжали сильнее. Дышать стало ещё тяжелее, и мои глаза стали снова закатываться.
Мужская рука перестала давить. Видимо, душить ту, которой и так плохо, в его обычное поведение всё же не входит.
— Мы с тобой ещё поговорим по этому поводу. Ты не усвоила урок, строптивая камикадзе.
Гор прошёл к двери и приказал своим солдатам, которые всегда ожидали за дверью.
— Врача. Немедленно.
— Дайте руку, — попросила доктор и измерила давление.
Мы остались с ней вдвоём. Женщина в медицинской униформе и чемоданчиком скорой помощи пришла спустя минут десять после моего обморока.
— Ничего не понимаю, — нахмурилась она. — Дом такой шикарный, а вы будто истощены. Вас здесь что — в чулане держат? Бледная, словно солнца год не видела.
Села и вцепилась ледяными пальцами в её руку.
— Я здесь пленница. Помогите. Меня действительно держали в подвале.
Женщина некоторое время ошалело смотрела на меня, потом с усилием вынула свою ладонь из моего захвата.
— Простите, но я не могу вам помочь, — вынесла она мне приговор.
— Но он держит меня здесь незаконно, — чуть не рыдала я.
— Я вижу. И очень сочувствую. Но повторяю: я не могу помочь.
Моя надежда таяла с каждой секундой, оставляя в душе мокрое противное пятно. Никто не хочет помогать. Никто не готов воевать с моим новым Хозяином.
— Вы боитесь? Ваш страх дороже чьей-то жизни? — спросила я негромко, проглотила очередную порцию слез.
Доктор вздохнула, а потом посмотрела внимательно на меня.
— Ты сама хоть знаешь, у какого человека находишься?
— Не очень…
— Оно и видно. Он очень влиятельный. Никто в своём уме не станет идти наперекор ему. Если я хоть пикну о том, что здесь увидела, у меня будут огромные проблемы. Прости, я не могу так рисковать. Я лишь выполню свою работу и уйду. А в ваши дела, пожалуйста, меня не впутывайте.
— Понимаю, — кивнула я, утирая слезы.
— У меня есть сын, — продолжила она. — Маленький. Если я помогу тебе, он может лишиться матери. Понимаешь?
— Да, — снова кивнула я."
"— Я могу кое-что сделать для тебя, — она снова посмотрела в моё лицо. — Могу сказать, что несколько дней тебе нужен отдых и покой. Он тебе в самом деле необходим, если это, конечно, ему интересно.
