КОПИПАСТ с 1-го тома: Ещё вчера я сгорел в собственном пламени, прихватив с собой в ад три легиона демонов. Последний из рода Аденов, несправедливо осуждённый, каторжник, слабосилок. Но богиня приняла мою жертву и вернула на пятнадцать лет назад, дав шанс всё исправить. Прожить жизнь заново, уничтожить предателей и спасти род? Я вновь подниму над полем боя флаг Тохарской империи, ведь в моей крови пламя и месть!...
Похоже, «Наследник пепла. Книга IV» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
И тем самым подписали смертный приговор не только себе, но и другим родам.
Менталистам приходилось прятаться и скрываться. Но это не значило, что они под прикрытием не могли подобраться к трону. Значит, нужно представить каким-нибудь образом Зоричей наёмниками-менталистами. И тогда императрица сама захочет избавиться от них. Причём, это произойдёт совсем не так, как с ним. Весь их род предадут смерти и забвению.
А Ермолов в который раз докажет свою преданность короне и сможет претендовать на прощение. Вот такой простой в общем-то, но очень элегантный план.
Александр Сергеевич тяжело вздохнул. Теперь ему придётся быть начеку, потому что Зорич мог приставить к нему соглядатаев. А уж рот и вовсе держать на замке. Вот дёрнул же его чёрт с этой изменой дёрнуться. А ведь это могла быть умышленная подстава его, как одного из влиятельнейших деятелей государства.
Его мысли прервал адъютант, постучавший в дверь.
— Да-да, — отозвался Ермолов.
— К вам прибыл племянник, — сообщил адъютант.
— Спасибо, я знаю, как зовут моего племянника, — пробурчал себе под нос Александр Сергеевич. — А другого у меня нет.
Голицын появился в дверях бледный и нервный, не скрывая своего разочарования.
— Дядя, какого хера? Что ты творишь? — с порога набросился он на пожилого генерала, но тот шваркнул кулаком по столу.
— Цыц! — и тут же сменил гнев на милость, понимая, что Николай — это его глаза и уши в столице, а, возможно, не только они. — Не менжуйся, племянничек, — проговорил он, после чего встал и проверил, что адъютант ушёл, после чего подошёл к Николаю почти вплотную и продолжил: — Мысли, как вернуться, у меня есть.
— Да, но меня уже все кому не лень пытаются смешать с дерьмом в академии, — возмутился Голицын.
— Сожми зубы и держись, — прорычал на него Ермолов. — Меня, если ты заметил, даже в отставку не отправили.
— За три месяца Толстой от моей репутации камня на камне не оставит, — ответил на это Николай. — Как только слухи о тебе пошли, он сразу меня послал, как шавку какую-нибудь.
