В Четвёртом томе Наследника пепла мы возвращаемся к брату и сестре, которых теперь приходится усердно защищать от сил земли. С каждым днём их опасности только растут, заставляя героев неотступно следить за ними и находить новые пути выжить в этом мире, где живут легенды и чудовища....
Похоже, «Наследник пепла. Книга IV» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
— А ты вот смотри, — Ермолов сложил вместе указательный и средний пальцы и ткнул ими в грудь племяннику. — Внимательно следи, кто в это сложное для тебя время не старается сделать тебе плохо, даже уколоть. И запомни, что с этими людьми в будущем можно будет иметь дело. И наоборот, запоминай, кто пытается тебя топить, кто относится к тебе неподобающим и не соответствующим титулу образом. Даже тех, кто просто насмехается, запоминай. Плохая память, записывай. А потом мы всем припомним их отношение в момент слабости, ты понял?
— Понял, — хмуро кивнул Голицын.
— Считай, что жизнь тебе преподнесла опыт на блюдечке с голубой каёмкой! — Ермолов распалился и даже стал говорить громче. — Чтобы вычислить достойных людей, у некоторых десятки лет уходят. А тебе вот! Так что воспринимай это как подарок. Ты понял? А потом мы всех… — и Александр Сергеевич сжал кулак. — Вот так их.
— Ага, — проговорил Николай. — Толстого я лично урою!
* * *— Это что же получается, — Тагай не мог успокоиться, потому что искренне был рад снятию «домашнего» ареста с курсантов, — теперь можно и в город в любой момент выходить! Завтра-то как раз выходные начинаются! А это значит девочки, кафешки, гулянки!.
— Стоп-стоп-стоп! — остановил я его. — Выход в город мы будем использовать пока исключительно для решения вопросов, — а сам подумал, что мне-то всё равно придётся докладываться о своих отлучках Путилину. — Ты долги как раз вернёшь, о чём мы уже говорили. Я сестру, наконец, выгуляю, как обещал ей.
— Вот, — Тагай показал на меня Косте двумя руками, как будто тот меня никогда не видел. — Я же говорю, типичный пример лидера. Всегда помнит о таких мелочах, на которые лично мне наплевать.
— Да я согласен, — хмыкнул Костя. — Но, если какой-нибудь паук отъест половину кителя, за это точно по голове не погладят.
— Бр-р, — Тагая аж передёрнуло.
— Зато, кроме них, сколько будет хороших, — подхватил я его фразу, но совсем другим тоном. — Скорпииды, сколотуры, кареострисы мадагаскарские. Но и с людьми придётся иметь дело, это да, — я демонстративно вздохнул."
"Мы снова расхохотались, несмотря на то что время было уже позднее и пора было спать. А когда отсмеялись, Костя проговорил.
