Эта книга — последняя в цикле о Герасиме Шестакове, бывшем магистре академии. В новом томе рассказывается о его поисках смысла после трагических событий прошедшей эпопеи. Атмосфера здесь напряженная и угрюмая, как ветер над могилой погибших героев.
Похоже, «Наследник пепла. Книга VII» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
"
"Он бы не хотел выдавать расположение отца Артёма, которого звали Альберт Костович. Недаром в своё время они спланировали настолько рискованную операцию, чтобы спрятать его. Они сделали так, что все в империи, кроме очень избранных людей — круга из пяти человек, — не знали, что Костович остался в Российской империи. Чуть позже об этом узнал и Виктор. Но Креслав не жалел, что сказал ему. Несмотря на то, что теперь на него свалились трудности, которые он никак не предполагал вывозить на своём горбу.
Затем он встал из-за стола и спустился в подвал, где стоял обновлённый по всем требованиям связи родовой телеграф.
Но сейчас его интересовали не они. Сейчас ему нужно было достучаться до одной из самых неожиданных резиденций, в которой находился Костович Альберт — с изменённой внешностью, изменённым именем и фамилией, с изменённой биографией.
Креслав Рарогов вошёл в телеграфную комнату и грозно зыркнул на телеграфиста:
— Пойди, — сказал он, — пообедай пока.
— Вас понял, — вскочил телеграфист и практически со скоростью пули выскочил из комнаты.
Креслав же уселся в объёмное кресло и покхекал, устраиваясь поудобнее. Затем он взялся за знакомые рычаги, настроил направление связи и отстучал пароль.
«Нужен Вадим Рарогов к аппарату», — отбил сообщение Креслав.
Именно так звали теперь этого человека. Жил он у капища, стал рыжим, женатым потомком самого Креслава, охраняющим капище, которое пока никому не отозвалось. Если бы Виктор узнал, что некогда встречался с ним, то, наверное, сильно бы удивился.
«Слушаю», — раздалось с того конца, а это означало, что Альберт Костович, отец Артёма Муратова, оказался один возле телеграфа, откликнувшись на срочный вызов Рарогова.
Креслав шифровкой отбил ему просьбу о помощи. По сути, это были совершенно никак не связанные между собой слова, набор ничего не значащих фраз, о которых было договорено заранее.
