Автор
Не смотря ни на что, Ива решает не послушаться тетки и приближается к двери комнаты мужа брата. Атмосфера напряженности в доме ощутимо растёт, а независимость девушки встает на первое место перед выбором между собственным сердцем и будущими проблемами со здоровьем.
По телу пробегает крупная дрожь, кожа покрывается мурашками, как будто миллиарды крошечных иголочек пронзают её.
Мне больно прикасаться к обнаженным участкам тела.
Боже, как пережить это?
Как потом искупить этот грех?
Какими молитвами вымаливать прощение?
Не найдя ответов, я даю выход чувствам. Горячие дорожки слёз ощущаются на щеках, словно разъедающая кислота, и как только гинеколог появляется рядом, я поспешно смахиваю их с лица, делаю глубокий вдох, чтобы заглушить в себе душевную боль.
— Всё хорошо, Ива? — спрашивает врач, настороженно рассматривая меня.
— Нормально… — отвечаю без энтузиазма, отводя взгляд.
— Уверена? — уточняет она.
— Пожалуйста, не тяните, — говорю я с отчаянием в голосе. — Давайте поскорее закончим с этим.
— Хорошо. Я задам тебе несколько стандартных вопросов. А пока попрошу тебя лечь на спину и положить ноги на подколенники. Попу придвинь ближе к краю.
Меня потряхивает. Дыхание сбивается, а в кончиках пальцев чувствуется легкое покалывание. Я впервые в этом кресле, растерянно смотрю на врача, пытаясь понять, что от меня требуется.
— Не волнуйся, Ива. Больно не будет. Расслабься, — она говорит так уверенно и спокойно, что мне ничего не остается, кроме как поверить ей.
— Ты уже была на приёме у гинеколога?
— Не было необходимости.
— Ведёшь половую жизнь?
— Нет, — выпаливаю, краснея.
— Когда у тебя был первый раз?
— Чуть больше месяца назад, — задыхаюсь, глядя на то, как Катя распечатывает презерватив и надевает его на специальную штуковину, которую, вероятно, запихнет в моё влагалище.
Мой шок в шоке.
— Сколько у тебя было партнеров? — очередной интимный и неловкий вопрос ввергает меня в панику.
Я должна признаться о Максиме? Вряд ли он такое оценит, представив меня девушкой брата.
— А это важно? — нервно выдаю, наблюдая, как датчик покрывают гелем.
— Катя, давай ближе к делу! — в кабинете раздаётся нетерпеливый голос Пожарского, вынуждающий меня вздрогнуть и замереть.
Бож-ж-же, зачем он всё это слушает? Для чего по-прежнему находится здесь? Его тотальный контроль меня убивает. Сердце раздирает на части.
— Максим Андреевич, я ведь могу попросить вас выйти за дверь. Мне необходимо выяснить, какова вероятность заражения инфекциями, передающимися половым путём.
— У меня был один мужчина, — выпаливаю, лишь бы прекратить этот провокационный и неуместный разговор. — До него я была девственной.
