В моей кабинете ожидало необычное встречное собеседование: шахар и глава клана Олару пришли вместе с Мирайя на мою критическую роль в будущем Атхара. Я удивленно вскинул брови, предполагая, что каждый из них хочет задать мне отдельные вопросы, но вместе?
Кучу времени на поиске камня сэкономили бы.
Да и не только времени.
Прямо Кишори, конечно, не сказал, но, скорее всего, он знает, где камень Лапанья. Он не стал бы хранить его у себя, все-таки Кишори — тот еще интриган, и оставлять себе пространство для маневров он умеет. Всплыви вся эта ситуация, он должен иметь возможность прямо сказать: нет у меня чужого камня. А что обещал помочь найти, так да, могу и помочь.
Однако раз Кишори знает, где камень, то наверняка и хранят камень его доверенные люди. А это сильно осложнит нам задачу по поиску.
Впрочем, после его смерти все станет проще.
А я не намерен отпускать его с дуэли живым.
— Баджи, не получится, — вздохнул я. — Ты сам посуди. Допустим, твой план удастся. Ты подсыпаешь мне травку, я эту гадость выпиваю, принимаю противоядие и являюсь на дуэль. Условия выполнены. Ты прямо перед дуэлью будешь требовать от Кишори свой камень?
— Перед дуэлью у него камня точно не будет, — нахмурился Лапанья.
Он уже понял, к чему я веду.
— А после дуэли Минто Кишори будет мертв, — развел руками я.
— М-да, — покачал головой Лапанья. — И ведь на его родичей такое не перекинешь.
За слово, данное любым представителем рода, отвечает весь род. В нормальных условиях плевать, кто именно дал слово. Даже если он погибнет, род обязан исполнить его обещание.
Но для этого, в крайнем случае, придется использовать рычаги власти.
А с таким раскладом к императору не пойдешь, тут Лапанья прав.
— Найдем мы твой камень, — успокаивающе произнес я. — Без Минто Кишори станет проще. Его дети не пошли по его стопам, а значит, есть шанс, что Организация останется без прикрытия. Может, конечно, ИСБ снова подгребет ее под себя по-тихому, но Хатри точно не встанет открыто на сторону Организации в ее противостоянии с великим кланом.
Лапанья только тяжело вздохнул.
Понимаю, отказываться от настолько легкой возможности не хочется. Да и не думать о возможности моего проигрыша в дуэли он не может.
Впрочем, тут как раз все проще.
