Умирающий Император оставляет завещание: десять его сыновей должны доказать свое право на трон в течение десяти лет. Один из них, живущий под чужим именем в чужой стране, получает таинственную метку охотника и втягивается в кровавую игру за власть, где каждый шаг может стать последним.
Несколько секунд он буравил меня взглядом, а затем зачастил:
— Ну правда, расскажи, что было утром? Сначала люди Анжуйских-Захаровых говорят, что юная герцогиня Светлана Ивановна в одиночку вошла в аномалию, а затем уже Светлана Ивановна сообщает, что была внутри не одна. Информацию об аномалии выдала весьма куцую. Вы в самом деле там случайно встретились?
Глаза его горели искренним любопытством.
Граф, похоже, человек прямой и открытый.
— Да. Я очень удивился, когда понял, что не один в аномалии.
— Поразительно, — воскликнул граф. — Это ж надо — одновременно зайти с разных сторон! Максим, на моей практике подобное случается всего в третий раз. Но на будущее я попрошу тебя не пытаться убегать от наших коллег. В Корпусе собрались люди, посвятившие свои жизни борьбе с аномалиями. У нас бывают разные происшествия, но я и мои коллеги прикладываем все усилия, чтобы Корпус оставался сплочённым. Не нужно опасаться других стражей.
— Да я не опасаюсь, — пожал я плечами, а затем хмыкнул. — И вообще, я не собираюсь вступать в Корпус и служить штатным стражем. Я собираюсь отдавать долг Роднине и закрывать аномалии, как личный страж.
Личный страж — это страж-личный дворянин, не вступивший в Корпус. Соответственно, существует родовой страж — страж, являющийся членом какого-то рода или его вассалом. Ну и штатный страж на службе у Корпуса.
Все стражи обладают Меткой. А стало быть, все они аристократы разной степени привилегированности.
— Личный… — повторил за мной граф Игнатов и покачал головой. — Поверь мне, Максим, не нужно тебе это. Одиночки долго не живут. Даже если ты объединишься с другими личными в группу… Я изучил твою анкету, Максим. Мальчик из детского дома, получивший Метку в деревенском храме. Уверяю тебя, таким, как ты, лучше в Корпусе.
Я прислушался к своим ощущениям. Этот человек желает мне добра.
Но при этом, как полковник Корпуса, он хочет сделать из меня достойную боевую единицу в штатной серой форме.
— И всё-таки я попробую, — улыбнулся я.
Он хмыкнул:
— Ну, пробуй. Моё предложение, как ты понимаешь, останется в силе. Но будь осторожен в лагере, — произнёс он предельно серьёзно.
Я напрягся.
— Вы мне угрожаете?
— Боже упаси, просто предупреждаю.
Мне кажется, подобный разговор у меня совсем недавно был с другим человеком…
— В лагере будут те, кто не жалует личных, — продолжил он. — Мы стараемся беспорядков не допускать. Пока страж в лагере, он, по сути, страж штатный и находится под защитой Корпуса. А в Корпусе нет титулов.
