Умирающий Император оставляет завещание: десять его сыновей должны доказать свое право на трон в течение десяти лет. Один из них, живущий под чужим именем в чужой стране, получает таинственную метку охотника и втягивается в кровавую игру за власть, где каждый шаг может стать последним.
Что ж, начинаем.
Я открыл дверь номера и выглянул в коридор. Никого не было, лишь коридорные камеры, мигая огоньками, приветливо на меня пялились.
Дверь я открыл широко и отпустил. Она начала медленно закрываться, а я вернулся внутрь номера, скрывшись от «глаз» коридорных камер. В номерах камер, разумеется, не было.
Однако далеко от двери я не ушёл, развернулся, растворился в мире и пулей вылетел в коридор, так и не задев дверь.
Теперь можно погулять по округе.
Я направился к лифту, оглядываясь по сторонам и примечая для себя расположение камер. О, вот закуток, в котором находится комната персонала и хозблок. Этот закуток — одна из немногих местных слепых зон.
В закутке я затаился и принялся ждать постояльцев, которые пойдут к лифту. Прождал недолго, буквально пару минут. За это время через приоткрытую дверь комнаты для персонала от местных работниц, попивающих кофе, успел узнать, что горничная Мариетта ворует шампуни и гели для душа, а потом продаёт их через интернет. А горничная Жаклин переспала с тремя гостями за две тысячи евро. Дальше бабы в комнате для персонала начали обсуждать садовника и пекаря, но, хвала Небу, в этот момент появилась пожилая пара гостей отеля, которые расслабленной походкой шли к лифту.
С ними в лифт вошёл и я.
В лифте французского отеля камер не было. С одной стороны, это хорошо для моего эксперимента. С другой же…
Я стал свидетелем страстных лобзаний этой седой парочки. Нет, я не осуждаю — любите друг друга в любом возрасте, для здоровья полезно.
Но вид лобызающихся старперов — зрелище, конечно, на любителя."
"Правда, когда к первому этажу старики отлипли друг от друга, и у бабульки загорелись глазки, было любо-дорого смотреть на неё. Лютик Вертихвост всегда говорил, что любовь красит женщину в любом возрасте.
О, а вот и моя женщина. А чего это она не дошла до ресторана?
А что это за хмыри рядом с ней?
Лиза стояла в лобби возле стены, украшенной декоративным мхом, и сдержанно улыбаясь, что-то отвечала женщине с объёмной рыжей причёской. Собеседница моей «жены» была облачена в вызывающее красное платье, а в её громадном декольте на пышных холмах покоился кулон с рубином. Рыжая активно размахивала руками, прикрывая собой широкоплечего мужика в дорогом синем костюме.
Рожа у мужика хоть и была внешне ухоженная, но взгляд и шрам над бровью выдавали в нём… нет, не военного. Но тоже любителя силовых решений. Правда, из другого лагеря.
Подойдя к спорщикам поближе, я встал подле Лизы.
