Я ошеломлен, стоя в дверях своей комнаты и осмысливая слова этого улыбчивого юноши — он называет меня "царем рожденным брат". Светлые волосы, зелёные глаза и мягкие черты лица — всё указывает на то, что этот парень из другого мира тоже сын покойного императора.
Но в тот момент я… — он тяжело вздохнул и покачал головой. — Стражи постоянно кого-то теряют, Максим. К этому не привыкнуть…
Он замолчал.
— Знаю, — сухо ответил я. — Но Света — жива.
— Ага, — улыбнулся граф, взяв себя в руки. — После того как ты спросил в какой она аномалии. И после того, как в какой-то момент туман аномалии на миг вспыхнул огнём и пошёл рябью… — он внимательно смотрел на моё лицо. Я же делал вид, что ловлю каждое его слово.
— Ничего не хочешь сказать? — спросил граф.
— Мне нечего сказать.
Он усмехнулся.
— Максим, ты не пришёл в забронированную аномалию. А затем на пару дней выпал из жизни… Я хотел приехать раньше. Но твой слуга, как болванчик повторял, что тебе требуется покой не менее двух суток. Я решил подождать.
— Ну… я заболел. Температура поднялась. Этот… как его? Курва-вирус?
— Максим, — усмехнулся граф и припечатал: — Твою машину видели на трассе, ведущей к точке постоянных аномалий. После твоего звонка.
— Ну так я думал приехать, поддержать вас и герцога — брата Светы. Но почувствовал, что трудно дышать и сопли пошли. Не захотел никого заражать, — как ни в чём не бывало брехал я.
Про себя же думал, что…
Не очень здорово получилось. Но то был взвешенный риск. Я не мог позволить себе тратить время и ждать сменную тачку, потому и поехал на своей. А затем припарковал её в кустах и скинул геолокацию с фотографиями Витали.
Но всё равно спалился…
Пофиг. Что дальше?
А дальше Игнатов сидит и пытается прожечь дырку в моей черепушке.
— Насчёт машины не переживай, — проговорил он резко. — Следил мой личный слуга, по моей просьбе, после твоего звонка. Эта информация дальше меня не уйдёт. Можешь сколько угодно отпираться, Максим. Но, прими мою благодарность. Спасибо.
Я никак не отреагировал на его слова. Кивнуть — значит признать, что я был в аномалии.
— Скажи мне, Максим, если вдруг… Если вдруг вновь случится подобное, если кто-то окажется заперт в аномалии, и она не будет долго открываться. Могу ли я рассчитывать на тебя? Лично я. Без протоколов и докладов?
Он многозначительно кивнул.
Я тяжело выдохнул и откинулся на спинку сиденья.
— Я всё ещё не могу понять, о чём вы говорите, — произнес я. Игнатов цокнул языком.
