Если же продолжать держать животное под обезболиванием, то оно серьёзно заболевает, причём в большинстве случаев сразу несколькими болезнями. Будто этого мало, сами по себе личинки оказывают пагубное воздействие, истощая, отравляя и вызывая серьёзное малокровие, а потом и гибель носителя.
— Скажи спасибо, что у тебя они не прижились, — сказала я химику.
— Да уж, — огорчённо вздохнул Илья и обиженно добавил: — Но ведь ни у фей, ни у йети, прусов и вам подобных ни признаков отравления, ни малокровия нет!
— Скорее всего, мы эволюционировали параллельно, — пожала плечами я. — Поэтому наши организмы приспособились к выделениям насекомых и либо производят большой избыток элементов крови — чтобы хватило и на себя, и для прокорма личинок, либо изобрели какой-то дополнительный механизм для их питания.
А ведь это действительно очень интересный факт! Особенно учитывая, что у «больных» фей без паразитов кровь тоже была нормальной, а не повышенной густоты. Выходит, компенсация включается только когда нужна. По крайней мере, у тех животных, симбиоз которых с репеллентными насекомыми находится не на самом высоком уровне. К сожалению, дальнейшие эксперименты пришлось отложить — для них требовалось оборудование, которого у нас пока нет и сделать не получится.
Однажды ночью нас разбудили громкие крики страистов. Как позже выяснилось, пернатые охранники заметили одного из лесных гигантов и кинулись его отгонять. Защитить свою территорию птицам удалось, поскольку, когда мы вышли, гигант уже ушёл. Но до этого не то напал, не то защищался, и теперь один из страистов со сломанными ногами бился на влажном мхе. Обезумев от боли, птица не подпускала к себе, бессмысленно атакуя всё в пределах достигаемости. Да ещё и второй страист встал на защиту собрата — из-за этого мы так и не смогли оказать раненному помощь. Он умер к утру, причём, судя по всему, даже не от ран, а придавив в приступе ярости кого-то очень ядовитого (и, скорее всего, не одного). Впрочем, с учётом нынешнего уровня медицины и того, что сидеть спокойно пернатый охранник не стал бы, у него даже с нашей помощью практически не было шансов поправиться.
Вскоре стало ясно, что оставшийся страист хотя и защищает селение, но гораздо менее активно, чем его погибший родич. Так, уже через несколько дней на пристани отдыхал не только Зубастик, а ещё несколько крокодилов. Их количество увеличивалось постепенно, но верно.
