Впрочем, такими свойствами могут обладать не только органические соединения…
— Тогда это уже не вода, а какая-то жидкая слизь получается, — неодобрительно покачала головой Вера.
— Надо проверить, — воодушевлённо предложила я. — И речную воду — тоже, её ведь мы не пробовали выпаривать.
После серии опытов выяснилось, что речная «вода» тоже обладает аналогичными свойствами, правда, в несколько раз слабее (то есть выпаривать приходится дольше). А вот родниковая влага оказалась именно водой, а не жидким бульоном, и желироваться или превращаться в слизь при выпаривании не пыталась.
— Уже хорошо, — вздохнула геолог. — Хоть что-то так, как должно быть.
— Прямо не вода, а кровь земли, — задумчиво потянула я, глядя на океан. — Кто знает, может эту «воду» не только пить, но и есть можно. Особенно учитывая, что получающееся желе ограниченно съедобно.
— Тогда уж не кровь, а бульон, — заметил химик и потёр руки. — Надо после возвращения подробнее исследовать воду, ведь из-за такого количества примесей она может сильно изменить свойства. И наверняка меняет.
Вера много времени проводила на каменистом пляже, а потом рассказала, что судя по встречающимся камням, у нас хорошие шансы найти не только глину, но и некоторые руды, сланцы и многое другое.
— Даже удивительно, насколько большое разнообразие, — заметила геолог. — Может, так происходит из-за гор? Или виной ещё какие-то аномалии?
— Рай для геологов? — невольно рассмеялась я, глядя на счастливую подругу.
Она ненадолго задумалась, а потом кивнула:
— Для геологов — рай. А вот для пещерных людей, которые ищут камни, чтобы выжить — нет.
Но больше всего Веру порадовали найденные полевые шпаты и кварц. Если у нас появится стекло и керамика, пусть даже примитивная, — это сильно облегчит жизнь.
Когда запас репеллента закончился, пришлось вернуться к классике, то есть использованию в качестве защиты моего разведённого пота. Счастье, что я вместе с прусами периодически проходила курс «прививок», и теперь мои выделения защищали не только от универсальных, но и от тех животных, которые не нападали на йети, и, особенно, — не пытались вывести в моём теле потомство.
Погода оставалась непостоянной. Когда собирались тучи, поднимался ветер и начиналась буря, мы удалялись от берега, чтобы укрыться в наскоро построенном убежище в лесу на скале — там, где меньше шансов пострадать от разгулявшейся стихии.
— Кажется, я поняла, где больше шансы найти глину, — глядя на грозовой шторм из шалаша, сказала Вера.
