Молодого человека насильно превращают в чудовище, лишая его выбора и прошлого. Теперь ему предстоит выжить, борясь с неконтролируемой жаждой и собственной природой. История о том, как сохранить человечность, когда весь мир против тебя.
На Chitat.online эта карточка оформлена как отдельная страница чтения: здесь можно открыть «Наследники Скорби (СИ)» онлайн полностью, сверить автора, жанры и перейти к тексту без скачивания.
Молодого человека насильно превращают в чудовище, лишая его выбора и прошлого. Теперь ему предстоит выжить, борясь с неконтролируемой жаждой и собственной природой. История о том, как сохранить человечность, когда весь мир против тебя.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Алёна Артёмовна Харитонова Легкое чтение Фэнтези Русское фэнтези подборки серии
Молодого человека насильно превращают в чудовище, лишая его выбора и прошлого. Теперь ему предстоит выжить, борясь с неконтролируемой жаждой и собственной природой. История о том, как сохранить человечность, когда весь мир против тебя.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Похоже, «Наследники Скорби (СИ)» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Народ на непослушание подначивать. Увещевал я его долго, но впусте. За его дурь ответ вам всем держать придется. Но горя я лишнего чинить не хочу. Потому судьбу свою выбирайте сами. Могу отправить Цитадели в услужение. Могу замуж отдать.
— За к-к-кого? — сквозь слезы выдавила одна из меньших — невысокая, с толстой русой косой и мелкими кудряшками над высоким лбом.
— За кого прикажу, за того и пойдешь, ясноокая. Отцовой воли над вами теперь нет. Лишь моя.
Девушки переглянулись, хлюпая носами, но старшая промолвила голосом студеным, как вода в полынье:"
"— Я мать не брошу. Коли она в прислуги, так и я с нею.
Обережник пожал плечами:
— Воля твоя. Ступай, в дорогу собирайся. Завтра и поедем. Доведу вас до Урени, а там обозу передам.
Гордо вскинутый подбородок стал ответом Главе. Надменная, но едва сдерживающая рыдания дева развернулась и вышла, бросив сестер в одиночестве.
Та из двойняшек, что была поменьше ростом, проглотила слезы и сказала:
— Я тоже с матушкой…
Ратоборец посмотрел на нее и под взглядом пронзительных глаз Тимлецовна сникла.
— Хочешь век портомойкой коротать? — мягко спросил он.
— А матушка…
Он вздохнул:
— Замуж выйдешь и заберешь свою матушку. Нужна она Цитадели.
Девушка судорожно всхлипнула и задумалась. Некоторое время молчала, а потом подергала сестру за руку. Они переглянулись и та, что повыше неуверенно спросила:
— А как же замуж-то без приданого?
Клесх вздохнул. Девки всегда девками останутся.
— Будет вам приданое. Не в закуп же отдаю.
Они снова переглянулись.
— Ну? — не выдержал Глава. — Долго я вас тут обхаживать буду?
И тогда меньшая, краснея и задыхаясь выдавила:
— Замуж.
Та, что постарше задумалась крепче, но потом тоже кивнула и покраснела, видимо стыдясь своей слабости и нежелания ехать в изгнание с матерью. Клесх прикинул в уме, в какой из сторожевых троек помоложе парни. По-хорошему, отправить бы ту, что выглядит постарше в Старград к Фебру. Но парню там не до свадьбы. Город велик, хлопот много, куда ему жену молодую — дома-то не бывает.
— Ты собирайся в Радонь, а ты в Семилово. Завтра Чет вас отправит. А я грамотки отпишу.
Девушки испуганно переглянулись. По их лицам Клесх читал все немудреные тревоги. Что там в Радони и Семилове? Даль далекая. Да доедут ли? А если доедут, то к кому? Даже имен не знают. Меньшая тут же заревела, уткнулась носом в плечо сестре. Так и вышли, скуля в два голоса.
Целитель, сидевший рядом с Клесхом, вздохнул:
— Крут ты больно, Глава, — потом задумался и закончил, — но иначе никак. Радонь и Семилово? К ратоборцам?
— К ним, — кивнул собеседник.
Лекарь улыбнулся.
— А меньшой повезло. Семиловский вой собой хорош и нравом ровен. Ему поди и двадцати пяти не сровнялось, — он улыбался, вспоминая себя в этом же возрасте.
