В дни безумных двадцатых, Санкт-Петербург становится местом, где каждый шаг имеет значение. Галя откинулась на спинке кресла и обвела взглядом кабинет — ведь только здесь она может реализовать свою мечту: стать наследником влиятельной семьи. Эта история затрагивает не только судьбы интригующих любовных романов, но и раскрывает драматические события этого элегантного столичного времени....
– По закону вам что-то положено только при ликвидации предприятия или сокращении штатов, а у нас всего лишь смена собственника.
– Московские с нами церемониться не будут, – сообщили усы со знанием дела. – Пинка дадут под зад и никаких пособий. Не мы первые, не мы последние.
– Можно премию всем выплатить, – предложила Галя. – Или вы уже им слили все данные?
– Конечно, слил, – сказала главбух. – Зачем тогда остатки по счетам спрашивать.
– Остатки по счетам ни о чём ещё не говорят, – заметила Галя. – Особенно на первое число.
– Ага, и договоры с арендаторами ни о чём не говорят, – главбух фыркнула. – Скажут, украли.
– Какое украли, если премия! К примеру, по итогам года.
– В июле?
– Да какая разница? Пусть будет премия за вклад. Вон, даже Оскара дают за вклад. Кроме того, у нас ещё программисты есть, у них там в выручке вообще чёрт ногу сломит, – предложила Галя. – Кстати, о программистах! Вы их тоже Московским продали? Так сказать, за компанию.
– Нет! Как можно?! – возмутился Рыбаков с обидой в голосе.
– Ну, да, а наследство жены, значит, разбазаривать можно, – хмуро проворчали усы.
– Иди, попробуй, откажись! – рыкнул Рыбаков. – А программисты им неинтересны, их в аренду не сдашь.
– И как вы себе представляете этот раздел имущества? – ехидно поинтересовалась Галя. – Я вам давно предлагала программистов в отдельный бизнес вывести.
– Элементарно представляю. Я их всех с собой заберу по переводу.
– Куда?
– Пока не решил, рассматриваю варианты.
– Значит, программистские деньги из остатков по счетам вы никому не показали? – на всякий случай решила уточнить Галя.
– Я вообще остатки по счетам никому не показывал! Что вы меня за дурака-то держите. – Рыбаков явно обиделся и надулся, этак он может и передумать компенсировать им моральные и материальный издержки.
– Никто вас за дурака не держит! – тут же сообщила ему главбух, видимо, тоже сообразила, чем им всем грозит обиженный начальник. – Просто интересуемся, чтобы понимать.
– Да, – поддержала её Галя, – думаем, как лучше поступить, и кому в первую очередь грозит неминуемая голодная смерть от безработицы. Значит, программистские деньги мы можем смело использовать в корыстных целях. Их же по переводу с собой не заберешь.
– Вот этот ваш крутёж с программистами без меня. – Главбух прижала руки к груди. – Премия ещё куда ни шло, но приказ и подпись на стол, а шахер-махер нет! На бывшего главбуха обычно всех чертей вешают.
