В дни безумных двадцатых, Санкт-Петербург становится местом, где каждый шаг имеет значение. Галя откинулась на спинке кресла и обвела взглядом кабинет — ведь только здесь она может реализовать свою мечту: стать наследником влиятельной семьи. Эта история затрагивает не только судьбы интригующих любовных романов, но и раскрывает драматические события этого элегантного столичного времени....
Оба даже не подумали встать, когда Галя подошла к столу. Галя ни капли не удивилась, неандертальцы обычно не приветствуют слабый пол вставанием, а считают женщин людьми второго сорта, если вообще считают их за людей.
– Здорово, Галка, садись, этсамое, раз пришла, – милостиво разрешил Серый.
– Вот спасибо, – поблагодарила Галя, – как же мне повезло-то.
Она села на ближайший к ней стул.
– Галь, знакомься, – вступила воспитанная Ленка, представляя мордатого, – это Денис Михалыч, они с Серым вместе работают.
– Знакомлюсь, – Галя кивнула типу, тот сделал ей ручкой, как козырнул.
«Интересно, почему вдруг этот тип у Ленки и Серого по имени-отчеству числится, а не как-нибудь в стиле Серого? Или раз уж он Михалыч, то можно и попросту Потапычем прозвать. А с такой мордой и вовсе зови Мордатычем, не ошибёшься», – подумала Галя и хихикнула.
– Вот, видал, – Серый ткнул мордатого Михалыча локтем в бок, – впервые вижу, как она хихикает, значит, этсамое, ты ей понравился.
– В присутствие человека нельзя говорить о нём в третьем лице с использованием местоимений «он» или «она», – на автомате сообщила Галя неандертальцам.
– Ишь, ты! Нельзя? А кто запрещает? – Мордатыч сделал бровки домиком и стал похожим на румяного Колобка.
– Правила хорошего тона запрещают, – пояснила Галя.
– Ну, если правила, то штраф тебе, Серый, – Мордатыч заржал.
В кафе нарисовались Ленкины подружки с мужьями, следом пришли родители. Мама расстроилась, что не увидит внуков.
– Дети должны, этсамое, на свежем воздухе в футбол гонять, а не сидеть носом в смартфонах, как они у вас делают, – сообщил тёще Серый.
– Неправда! – возмутилась мама. – Мы с детьми гуляем в Летнем саду, катаемся по Неве на трамвайчиках, в Петропавловку ходим.
– Вот именно! А я не хочу, чтоб из них, этсамое, задохлые ботаники выросли, – проворчал Серый.
– Во всём должно быть равновесие, – сказала мама. – Тупые футболисты тоже, знаешь ли, ещё та радость.
– Почему ж тупые? Футболисты деньги лопатой гребут, – вставил Мордатыч.
– Не все и не сейчас, – буркнул отец.
– Не все. Это факт! – согласился Серый.
