— А если бы я не побежала следом?
Генрих развел руками, показывая, что на этот вопрос у него нет ответа.
— Наверное, как-нибудь иначе договорились бы. Я только так и не понял, почему ты меня так испугалась. Соответственно, не знал, как сделать так чтобы ты бояться перестала. Я, конечно, понимаю, что далеко не красавец. Но, знаешь, такого ужаса я еще, кажется, никому не внушал. Даже обидно.
— Не знаю… — Либуше смущенно улыбнулась, вспоминая свои девичьи страхи. — Ты был таким огромным, таким…
— На ворону похожим?
— На во́рона. — Поправила княжна мужа. — Ты мне этого никогда не забудешь, да?
Генрих в ответ только рассмеялся: «Ну, ладно, уговорила. Ворон — птица мудрая, долгожитель к тому же». Они с почти одинаковой грустью посмотрели на тарелку, на которой не осталось ни крошки. Потом переглянулись и снова рассмеялись, теперь уже оба.
— Знаешь, — заметил Генрих, — что-то у нас с тобой все наперекосяк. Что в первую брачную ночь, что потом, что сейчас… Каждый раз, как я задумываю романтику, получается какой-то балаган.
— Так, может, ну ее, эту романтику? — Обстановка действовала и Либуше неожиданно расхрабрилась. — Разве нам без нее плохо?
Вместо ответа Генрих потянулся к жене, нежно целуя. «Мне — точно нет». — ответил он, отрываясь от губ Либуше. «Ну, что, мой маленький рыцарь, пойдем добывать себе настоящий завтрак?».
Добыча завтрака оказалась делом сложным и опасным. Оказывается, чтобы получить внеурочный завтрак в королевском дворце, надо написать записку, отправив ее не как-нибудь, а магическим вестником. «Это для Гуннара», — пояснил Генрих в ответ на вопросительный взгляд жены, — «Он проследит, чтобы в моих покоях никого не было, когда мы появимся из потайного хода».
Дождавшись ответа, принц и принцесса ушли из кабинета тем же путем, каким и появились в нем вчера ночью. Правда, по ходу дела Генрих еще успел написать записку для адъютанта с парой дополнительных распоряжений. Все же, не любое дело можно просто так взять и отменить."
"Потом они пробирались по потайному ходу. Ночью все было проще, а вот сейчас Генрих то и дело останавливался, поднимая руку в предостерегающем жесте. Насколько Либуше могла понять, с особой осторожностью они проходили где-то рядом с жилыми комнатами или оживленными коридорами. Но, в итоге, все обошлось и двое великовозрастных проказников едва сдерживая смех, буквально, вывалились из-за потайной панели в спальне кронпринца.
Генрих на цыпочках прошелся до двери в смежные покои и прислушался. Потом знаками показал Либуше, чтобы молчала и забиралась в его постель. Дождавшись, пока княжна нырнет под одеяло, Генрих снял безрукавку, открыл дверь и надменно, словно на государственном приеме, заявил: «Доброго утра, дамы! Ее Высочество сегодня в ваших услугах не нуждается.