В стране стремительно растут цены — и на шелк, и на бархат, и даже на художественные полотна. Вендский лен становится все более востребованным. А вокруг замков и дворцов охраняют дороги дозорные, ожидающие приглашенных. Любице предстоит вдохновенно создать новую историю в мире, где искусство и силы знати становятся непростой меркой всем....
В своем письме Велимиру она напомнила, что у него было дело. И если он об этом деле все еще помнит, неплохо было бы ему к ней наведаться. Снова вызвав посыльного, Либуше отправила его в вендское посольство. А сама, успокоившись, велела Любине звать из приемной следующего. Негоже заставлять людей долго ждать. Свои дела можно обдумать на досуге.
Следующих просителей, а их было двое, Либуше выслушала быстро. Правда, помогла мало чем, пообещав разобраться и посмотреть. Мысли никак не хотели собираться, постоянно возвращаясь к странной вдове.
«Так, остановись!» — Приказала себе княжна, понимая, что так недолго напридумывать всякого-разного. А в конце окажется, то все намного проще. Для начала надо вообще выяснить, какое наследство может светить признанному бастарду в Люнборге. А уже потом — все остальное.
Невестка выслушала Либуше внимательно, как и договаривались, с глазу на глаз.
— Ну, рассказывай. — Сказала она просто, присаживаясь напротив невестки. — Что стряслось? Кто тот смертник, что тебя так напугал?
— Почему сразу «смертник»? — не поняла Либуше.
— Потому, — усмехнулась Агата. — Ну, так что?"
"Выслушав историю странной просительницы, она только покачала головой.
Либуше сказала бы, что магии невестки не должно было хватить и на это, но не верить своим глазам повода не было.
— Генриху? — Спросила для порядка, хотя и так была уверена, что именно к нему.
— Не-ет, — мотнула головой Агата, — Генриху при случае сама расскажешь.
И вот, если рассуждать с точки зрения провинциальной фру, — Агата сделала особое ударение на последних словах, — то незачем. Вот совершенно незачем, понимаешь? От придворной дамы я бы еще могла такого ожидать, но от хуторской вдовы… А, во-вторых, я согласна с тобой, есть тут какой-то подвох.
