В стране стремительно растут цены — и на шелк, и на бархат, и даже на художественные полотна. Вендский лен становится все более востребованным. А вокруг замков и дворцов охраняют дороги дозорные, ожидающие приглашенных. Любице предстоит вдохновенно создать новую историю в мире, где искусство и силы знати становятся непростой меркой всем....
Думал, воеводичи умудрились куда-то влезть. Агата, однако, продолжала допытываться.
— То есть, ты хочешь сказать, что Либуше не могла почувствовать вашу родню?
— Скорее всего, настолько дальнюю — нет. — Эрик с сожалением покачал головой. — А жаль. Я уже представляю, как такой дар мог бы пригодиться государству.
— Тебе бы всех к делу приставить, — беззлобно проворчала Агата. — Достойный сын Его трудолюбивого Величества!
— Ладно, так а что мне теперь делать? — Спросила Либуше, немного растерянно. В свете сказанного она уже и сама начинала сомневаться, не почудилось ли ей.
Все-таки, прав младший принц, она — не волхв, которых учат разбираться в подобных вещах. А вне святилищ магии крови, пожалуй, и не учат никого. Слишком уж непростая штука, чтобы без помощи богов туда ввязываться.
— Пока ничего, — тут же пришел ожидаемый ответ. — Сначала дадим время нашим людям узнать все, то можно. А уже потом будем думать дальше, что делать. В зависимости от того что мы узнаем. А пока я предлагаю посидеть за чаем со сладостями.
Глава двенадцатаяГенрих уже заканчивал дневные дела, в предвкушении спокойного вечера с Либуше, когда посыльный доставил ему записку от отца. Прочтя записку, кронпринц только удивленно приподнял бровь. Зачем, интересно, Его Величеству понадобилось срочно собирать «самый малый» королевский совет? При мысли об очередных неприятностях Генрих поморщился. Похоже, не дадут им с женой сбежать из столицы до наступления холодов.
В кабинете короля кроме, собственно, Эриха Пятого уже собрались принцы и Йенс фон дер Шпее. В ответ на вопросительный взгляд старшего сына Его Величество ответил: «Ждем Старого Лиса. Он хотел еще кое-что проверить». Ого! — Генрих едва удержался, чтобы не присвистнуть. Если сам Старый Лис вылез из норы, дело нешуточное.
Дождавшись, когда упомянутый герцог займет свое место в совете, Эрих Пятый обвел родственников строгим взглядом и сообщил: «Поздравляю вас, господа! У нас нашелся бастард».
— Чей?
— Кто?
— Откуда он взялся? — Реакция присутствующих была вполне предсказуемой. Люнборги, конечно, никогда не были святыми, но таких откровенных проколов за ними давно не водилось.
— От ответа на последний вопрос, пожалуй, воздержусь, — невесело пошутил король Эрих. — Вы, мальчики, все — люди взрослые. Откуда берутся дети, знаете и без моих лекций. Касательно первого вопроса — сам хотел бы знать.
