В роман "Настоящие" — Татьяна Юрьевна Серганова рассказывает о ласкающей душу и полной страстности любви в жарком июне, когда розовый закат превращает город в райский уголок. Встреча двух чувственных душ в атмосфере цветов и тепла вызывает волнующие эмоции.
Права была мама, Селина меня не достойна!
Его лихорадило и водило из в стороны в сторону. И я не знаю, каким чудом он оставался на ногах.
А я в очередной раз пожалела о том, что плохо помнила целительские курсы. Ведь было какое-то снотворное заклинание. Но я никак не могла вспомнить его. Хотя нет, тут нужно что-то посерьёзнее заклинаний бывшей студентки. Для того, чтобы вывести весь яд и очистить разум, нужны профессионалы.
— Я исцелился! — Эйдан вновь сосредоточился на мне и оскалился. — И всё благодаря тебе.
— Я очень рада, — рассеяно отозвалась в ответ, думая, как теперь выпутываться.
— Ты ведь меня понимаешь. Как никто. И как я раньше этого не видел?
— Не видел чего? — спросила у него, пытаясь догадаться, в какую сторону его унёс обкуренный мозг.
— Что мы идеально подходим друг к другу. Как две половинки одного целого!
Только этого не хватало! Надо было вырубить его намного раньше, а не слушать этот бред. Чем дальше, тем глупее.
— А как же Мергери? Она тебя любит.
Про Леонарда я решила не говорить.
— Эта подстилка? — зло хохотнул он. — Да под кого она только не ложилась, пытаясь продать себя подороже. Она не меня любит, а мой титул, деньги и земли. Эта тварь вообще не умеет любить.
— Ты неправ.
— Моя Айола, — улыбнулся он, двигаясь на меня. — Такая наивная, такая добрая, привыкшая видеть во всех лишь хорошее. Нет, Торнтон не достоин тебя.
— Но я всё еще его жена, — напомнила ему.
— Это ненадолго.
Эйдан пытался подойти ближе и даже обнять меня, но я не позволяла.
— В каком смысле?
— Ваш развод это лишь вопрос времени. Поиграл с тобой и бросит. Такие, как он, не умеют ценить клад. А я могу. Я в отличие от него никогда тебе не изменю. И уж точно не притащу любовницу в свой дом знакомить с женой.
— Что ты имеешь в виду?
Я замерла и Эйдан тут же этим воспользовался, обхватывая руками, обдавая удушливым перегаром, от которого меня едва не стошнило.
— Он уже несколько месяцев спит с Армель.
— Это неправда, — ответила ему, вырываясь из его объятий.
Быть больше вежливой и обходительной я не собиралась."
"— Армель мне сама открылась. Кстати, отличная баба, такое в постели вытворяет. Они давно переписываются и тайком встречаются у неё дома. Или ты думаешь, она приехала в Ванагорию пейзажами любоваться?
— Ложь, — выдохнула я.
А ревность уже загоралась в груди, мешая здраво мыслить.
