Когда-нибудь я выброшу, ко всем чертям, твои наушники!
— Ты мне сама сказала купить их.
— Да, но только надо их снимать, когда я разговариваю с тобой.
Кори посмотрела на мать, на её распухшее от пьянства лицо и на остатки вчерашней губной помады, размазанной по губам. Мать уже, конечно, выпила, но не так много, чтобы лежать в постели. Господи, неужели это неряшливое существо её мать?
— Почему ты не на работе? Этот человек уже избавился от тебя?
Кори предпочла не отвечать на её вопросы. Впрочем, это бесполезно, мать всё равно достанет.
— Насколько я понимаю, он должен был расплатиться с тобой за две недели. А это полторы тысячи долларов, не так ли?
Кори молча смотрела на неё.
— Поскольку ты живёшь здесь, то должна давать хоть немного денег. Мы же говорили с тобой на эту тему. У меня сейчас огромные расходы: налоги, еда, бензин для машины и ещё бог знает что. А теперь я постоянно теряю чаевые из-за этой ужасной погоды. Люди не ходят в ресторан.
«Не ужасной погоды, — подумала Кори, — а ужасного похмелья». Она ждала, что будет дальше.
— Надеюсь, ты дашь мне половину зарплаты.
— Это мои деньги."
"— А на какие, по-твоему, деньги я содержала тебя последние десять лет? Уж конечно, не на деньги твоего паршивого отца, а на свои. Это я работала до изнеможения, чтобы свести концы с концами и прокормить тебя. Так что, моя дорогая, хочешь ты этого или нет, но тебе придётся вернуть мне хотя бы часть потраченных на тебя денег.
Кори приклеила конверт с деньгами к дну выдвижного ящика в шкафу и сейчас опасалась, как бы мать не узнала о её тайнике. Господи, зачем она сказала, сколько ей платит Пендергаст? Зачем совершила такую непростительную глупость? А ей самой они нужны прежде всего на хорошего адвоката для подготовки к суду. Общественные адвокаты, как правило, такие бездарные, что, воспользовавшись их услугами, она, пожалуй, окажется за решёткой. А из тюрьмы ей не удастся написать заявление для поступления в колледж. Замкнутый круг.
— Я оставлю немного денег на кухонном столе.
— Ты оставишь на кухонном столе ровно семьсот пятьдесят долларов, и ни центом меньше.
— Это слишком много.
— Этого слишком мало, если учесть, сколько я потратила на тебя за эти годы.
— Если ты не хотела меня содержать, незачем было рожать.
— Такое случается, к сожалению.
Кори почувствовала терпкий запах сигаретного дыма с примесью обгорелого фильтра. Мать придирчиво оглядела комнату.
— Если не дашь мне денег, подыскивай себе другое место для жилья.
Кори отвернулась к стенке и врубила плейер так громко, что даже в ушах зазвенело. Она тупо смотрела в стенку и не слышала диких криков матери. Кори вдруг подумала, что, если мать посмеет тронуть её, она начнёт орать на всю улицу. Но Кори знала, что мать не сделает этого.