Они исследовали район индейских курганов и всё вокруг, но результатов нет. Никаких признаков укрытия для постороннего человека, никаких намёков на чужаков. Потому я спрашиваю вас: где скрывается предполагаемый убийца? В земляной норе?
Услышав эти слова, шериф Хейзен напрягся всем телом. Он почувствовал, что в нём зарождается какая-то важная догадка. А потом его осенило. «Конечно, — сказал себе Хейзен, — как же я раньше не догадался?» Он сутками искал ответ на этот вопрос и нашёл его только сейчас, в кабинете шерифа Ларсена. Собравшись с мыслями, Хейзен изложил своё мнение так спокойно, словно пришёл к нему уже давно.
— Совершенно верно, Хэнк, он скрывался в земляной норе.
В кабинете повисла мёртвая тишина. Все уставились на Хейзена, не понимая, к чему он клонит.
— Как это может быть? — недоумевающе спросил Раскович.
Хейзен снисходительно посмотрел на него.
— Очень просто, в Пещерах Крауса.
— В Пещерах Крауса? — оторопел Фиск.
— Да, за городом, на окружной дороге, есть большой старый дом с магазином сувениров. А рядом с ним находится наш главный и единственный туристический объект — так называемые Пещеры Крауса. Они были там всегда, но в последнее время туристы их не посещают. Управляет этим старуха Уинифред Краус.
Хейзена поразило, с какой быстротой все отдельные эпизоды этого дела стали складываться в его голове в единую и стройную картину. Эта пещера всегда была у него под носом, но понял он это только сейчас.
Доктор Фиск понимающе кивнул.
— Да, я помню, как бродил по этой пещере, — сказал Раскович."
"Лицо шерифа Ларсена побелело. Он понял, что коллега окончательно добил его, пригвоздил этим последним аргументом. Как хорошо теперь всё складывается в единую версию.
— Да, джентльмены, наш убийца скрывается в этой пещере, — повторил Хейзен для пущей важности. При этом он обвёл всех торжествующим взглядом, но, задержав его на Ларсене, не сдержал ехидную ухмылку. — Как тебе известно, Хэнк, именно в этой пещере старик Краус гнал из кукурузы свой легендарный самогон для Кинга Лавендера, называя его виски.
— Очень интересно, — воодушевился доктор Фиск и с нескрываемым восхищением поглядел на Хейзена.
— Ещё бы, — радостно подтвердил тот. — Там, в пещере, за пределами туристической зоны есть ещё одна небольшая пещера, где он и варил свой хмельной напиток. Причём делал это в огромном чане. — Шериф Хейзен с особым выражением произнёс последние слова.
Глаза Расковича стали круглыми, как пуговицы.
— В огромном чане? Настолько большом, что в нём можно сварить взрослого человека?
— Вы угадали, — расплылся в улыбке Хейзен.
Напряжение в кабинете шерифа Ларсена нарастало с каждой минутой. Казалось, даже воздух в ней был наэлектризован.