— Шляешься неизвестно где, целуешься под окнами с какими-то мажорами, – по венам растеклась жгучая ревность. А у Катьки глаза расширились от удивления, – потом выплясываешь полуголой перед мужиками, – я подобрался к ней совсем близко, улавливая аромат ее шампуня и волнения.
— И живу под одной крышей, – облизнув губы, прошептала Катя, – с чертовски сексуальным мужиком, который…"
"Я коснулся пальцем ее губ, не в силах что-либо говорить. Катя послушно замолчала. Склонился ближе, отбросив в сторону полотенце. От нее пахло карамелью.
Так сладко. Запах забивался в нос, сладостью скатывался по горлу, проникал под кожу и медом растекался по венам, одурманивая. Она сводила с ума. Я коснулся ее шеи, груди. Катя дышала тяжело, рвано. Горячо. И была слишком близко, чтобы думать о чем-то другом, а губы ее слишком манящими, чтобы устоять. И я поцеловал их. Медленно, слегка прикусывая, а потом зализывая, с каждым ударом сердца углубляя поцелуй. Ее руки обвили мою шею и притянули к себе. А я обнял ее и упал на спину, уложив ее на себя.
Теперь Катя целовала меня: настойчиво, страстно, не давая передышки.
— Я думала, ты никогда не решишься, – прошептала, оторвавшись от моих губ. Мой смех потонул в ее поцелуе. Она целовала каждый миллиметр моего тела, каждый шрам ласкала язычком, распаляя. А когда оторвалась, заглянув в мои глаза – я разочарованно простонал. А она улыбнулась игриво. — Корф, – обвела пальчиком контур татуировки на бедре, вызвав моментальную реакцию в паху, – ты хоть понимаешь, что теперь просто обязан позвать меня замуж?
— Это с чего бы? – прохрипел, не сводя глаз с ее пальцев, подбирающихся к паху.
— Ну как же, соблазнил невинную девушку, – улыбка ее стала шире, а глаза потемнели, когда она обратила-таки внимание на мою реакцию на нее. И щеки снова покраснели.
— Кто кого соблазнил еще, – выдохнул, подтягивая ее ближе. — Сама только и делаешь, что трогаешь меня.
Катя охотно кивнула, губами коснувшись скулы.
— Я просто не могу не касаться тебя, – прошептала, целуя мое лицо.
А я рывком опрокинул ее на спину, накрыл своим телом. Надоела ее болтовня. Сил больше не осталось терпеть, выдохся. Хотел уже войти в нее, ощутить, какая она горячая там, внутри, как отзывается на мои ласки, почувствовать ее возбуждение. Просто быть в ней.
— Корф, – простонала Катя и вся неуловимо сжалась.
— Боишься? — погладил ее по щеке, обвел контуры ее губ, опустился к груди, мягко поглаживая.
— Я просто никогда… – шептала, выгибаясь мне навстречу.
— Я знаю.
