Автор
На ступенях лестницы всего три двери. Номера на остальных воротах говорят о том, что я не ошиблась — сто двадцать пятая точно такая же. Неужели я дом перепутала? Улицу? Нет, не могла я, всё верно должно быть. Я спрашиваю парня: мне нужна Дарина Воронцова, она здесь живёт? Парень кивает и погрустнел — видимо, я упустила ключик к её двери....
Марк ничего не говорит, только глаза прикрывает и вздыхает шумно.
— Ешь.
— Я больше на хочу, спасибо.
— Я сказал ешь, и это последний раз, когда я напоминаю о том, что не надо со мной спорить."
"Не хочу больше его злить, просто отрезаю кусок мяса и отправляю его в рот, под пристальным взглядом парня.
— Как ты оказалась на улице?
— Я не оказывалась на улице.
— Ты сказала, что тебе некуда идти, соответственно, ты оказалась на улице, — продолжает напирать, а мне все меньше нравится этот разговор.
— Я не хочу об этом говорить, это только мое дело.
— Придется, Еся, раз уж ты оказалась в моем доме.
— Я об этом не просила, — откладываю в стороны приборы.
— Тем не менее ты здесь. Мы не закончили разговор. Почему ты не попросила помощи у своего «важного», — уже знакомый жест-кавычки, — человека.
— Зачем ты это делаешь? Я же сказала, что это мое дело.
— Твое дело сейчас нормально поесть. Тебя могли изнасиловать, тебе негде жить, и ты собиралась ночевать на вокзале. Так скажи мне, какого черта ты не обратилась за помощью?
— Потому что не хочу, понятно, — злюсь, совершенно не понимая, с какой стати вообще должна это выслушивать, — потому что он не знает и никогда не узнает, потому что я лучше буду ночевать на вокзале, чем стану втягивать его в свои проблемы.
— Близкие люди на то и существуют.
— Хватит, я не буду продолжать этот разговор, даже несмотря на то, что это твоя квартира и я в ней гостья. Я могу уйти прямо сейчас, а в жизнь мою лезть не надо.
Он смотрит на меня какое-то время так, словно сейчас прибьет на месте, а потом отшвыривает приборы в стороны, и резко поднимается с места.
— Доедай, в этом доме еду не выбрасывают. Потом можешь идти к себе, посуду оставь.
Договорив, он просто уходит, а я только теперь замечаю дверь за занавеской, ведущую из кухни на балкон. Не оборачиваясь, Марк выходит из кухни, прикрывает балконную дверь, оставляя меня одну. Через стекло вижу, как он берет в руки сигарету и зажигалку, и закуривает.
Возвращаться он явно не собирается, а потому, быстро доев, я складываю тарелку и приборы в раковину, и делаю, как он сказал.
На кровати внезапно замечаю свой телефон. Точно помню, что сама его сюда не клала и вообще оставляла в кармане пальто.
Это он еще и в телефоне моем копался?
Первый порыв — пойти и высказать все, что я об этом думаю, но поразмыслив, принимаю решение не накалять обстановку.
